Вечера на хуторе близ Диканьки

Мало який птах долетить до середини Дніпра.

Їй усе забавки; а я стою перед нею, мов дурень, і очей не зводжу з неї. І все б стояв перед нею, і вік би не зводив з неї очей!

но его утешало то, что он сам нарочно этого захотел и сделал-таки не так, как ему советовали

Минуту спустя дверь отворилась, и вошел, или лучше сказать, влез толстый человек в зеленом сюртуке. Голова его неподвижно покоилась на короткой шее, казавшейся еще толще от двухэтажного подбородка.

Эх, козаки! что за лихой народ! все готов товарищу, а хмельное высушит сам.

- Так, как будто бы два человека: один наверху, другой нанизу; который из них черт, уже и не распознаю!

• А кто на верху?
• Баба!
• Ну вот, это ж то и есть черт!

Тогда отец Афанасий объявил, что всякого, кто спознается с Басаврюком, станет считать за католика, врага Христовой церкви и всего человеческого рода.

Это у нас вечерницы! Они, изволите видеть, они похожи на ваши балы; только нельзя сказать чтобы совсем.

Все летало и носилось, ища повсюду философа.

Словом всё лезет в люди! Когда эти люди не будут суетны!