Le berceau d'un chat

– Мы собрались здесь, друзья мои, – сказал он, – чтобы почтить...память детей, всех детей, убиенных на войне. Обычно в такие дни этих детей называют мужчинами. Но я не могу назвать их мужчинами по той простой причине, что в той же войне... погиб и мой сын. И душа моя требует, чтобы я горевал не по мужчине, а по своему ребенку.Я вовсе не хочу сказать, что дети на войне, если им приходится умирать, умирают хуже мужчин. К их вечной славе и нашему вечному стыду, они умирают именно как мужчины, тем самым оправдывая мужественное ликование патриотических празднеств.Но все равно все они – убитые дети.И я предлагаю вам: если уж мы хотим проявить искреннее уважение к памяти ста погибших детей Сан-Лоренцо, то будет лучше всего, если мы проявим презрение к тому, что их убило, а именно – к глупости и злобности рода человеческого. Может быть, вспоминая о войнах, мы должны были бы снять с себя одежду и выкраситься в синий цвет, встать на четвереньки и хрюкать, как свиньи. Несомненно, это больше соответствовало бы случаю, чем пышные речи, и реяние знамен, и пальба хорошо смазанных пушек. Я не хотел бы показаться неблагодарным – ведь нам сейчас покажут отличный военный парад, а это и в самом деле будет увлекательное зрелище... Но если сегодня и в самом деле день памяти ста детей, убитых на войне... то разве в такой день уместны увлекательные зрелища? «Да», – ответим мы, но при одном условии: чтобы мы, празднующие этот день, сознательно и неутомимо трудились над тем, чтобы убавить и глупость, и злобу в себе самих и во всем человечестве...
Тут Минтон продекламировал строфы из книги Эдгара Ли Мастерса «Антология Спун-ривер":
"Я первым пал в бою под Мишенери-Ридж.
Когда мне в сердце пуля залетела,
Я пожалел, что не остался дома,
Не сел в тюрьму за то, что крал свиней
У Карла Теннери, а взял да убежал
На фронт сражаться.
Уж лучше тыщу дней сидеть у нас в тюрьме,
Чем спать под мраморным крылатым истуканом,
Спать под плитой гранитной, где стоят
Слова «Pro patria!».
Да что же они значат?"

- Эти слова значат: «За родину!». За чью угодно родину, – как бы невзначай добавил он.– Этот венок я приношу в дар от родины одного народа родине другого народа. Не важно, чья это родина. Думайте о народе. И о детях, убитых на войне.
И обо всех странах.
Думайте о мире.
И о братской любви.
Подумайте о благоденствии.
Подумайте, каким раем могла бы стать земля, если бы люди были добрыми и мудрыми.
И хотя люди глупы и жестоки, смотрите, какой прекрасный нынче день, – сказал посол Хорлик Минтон. – И я от всего сердца и от имени миролюбивых людей... жалею, что [солдаты] мертвы в такой прекрасный день.И он метнул венок вниз с парапета. (С)

И ночной час, и пещера, и водопад, и мраморный ангел в Илиуме...
И 250 тысяч сигарет, и три тысячи литров спиртного, и две жены, и ни одной жены...
И нигде не ждет меня любовь. .
И унылая жизнь чернильной крысы...
И Пабу-Луна, и Борасизи-Солнце, и их дети.
Все как будто сговорились создать единый космический рок - вин-дит, один мощный толчок к боконизму, к вере в то, что творец ведет мою жизнь и что он нашел для меня дело.
И я внутренне саронгировал, то есть поддался кажущимся требованиям моего вин-дита.
И мысленно я уже согласился стать президентом Сан-Лоренцо.
Внешне же я все еще был настороже и полон подозрений.

• Но, наверно, тут есть какая-то загвоздка,- настаивал я.
• Нет.
• А выборы будут?
• Никаких выборов никогда не было. Мы просто объявим, кто стал президентом.
• И никто возражать не станет?
• Никто ни на что не возражает. Им безразлично. Им все равно.
• Но должна же быть какая-то загвоздка.
• Да, что-то в этом роде есть,- сознался Фрэнк.
• Так я и знал!- Я уже открещивался от своего вин-дита.- Что именно? В чем загвоздка?
• Да нет, в сущности, никакой загвоздки нет, если не захотите, можете отказаться. Но было бы очень здорово...
• Что было бы "очень здорово"?
• Видите ли, если вы станете президентом, то хорошо было бы вам жениться на Моне. Но вас никто не заставляет, если вы не хотите. Тут вы хозяин.
• И она пошла бы за меня?!
• Раз она хотела выйти за меня, то и за вас выйдет. Вам остается только спросить ее.
• Но почему она непременно скажет "да"?
• Потому что в КнигахБоконона_ предсказано, что она выйдет замуж за следующего президента Сан-Лоренцо,- сказал Фрэнк.