На какой-то момент я переключилась на мамины портреты. Получив снимки, папа долго сидел в машине и разглядывал женское лицо, к тому времени почти забытое.
<...>
У него не укладывалось в голове, что двое людей, которые связаны узами брака и ни на день не расстаются, способны забыть внешность друг друга, но если бы его хорошенько потрясти, он бы именно так и сказал. Ключом послужили два последних кадра. Он тогда приехал с работы, и Холидей захлебнулся лаем, услышав, как машина въезжает в гараж, а мне нужно было удержать маму на месте.
- Он и без тебя выйдет, - говорила я. - Не двигайся.
И она не двигалась. В занятиях фотографией мне, помимо всего прочего, нравилось командовать людьми, особенно родителями, когда на них нацелен объектив.
Краем глаза я видела, как папа вышел через боковую дверь во двор. У него в руках был тонкий портфель, в который мы с Линдси сунули когда-то давно нос, но не нашли ничего интересного, только взмокли от страха. Прежде чем отец опустил портфель на пол, я успела в последний раз снять маму в одиночестве. Её взгляд уже выдавал беспокойство и смущение, она будто погрузилась в пучину, а всплывая, примерила какую-то маску. На следующей фотографии эта маска частично скрыла её лицо, а на самом последнем снимке, где папа слегка наклонился для поцелую в щечку, маска уже сидела, как влитая.
- Неужели это моя вина? - спрашивал он у её изображения, разложив снимки в ряд. - Как это случилось?
Ваша оценка
2 понравилось
