Мгновения Амелии

Мертвые могут быть наделены большей властью, чем живые.

- Какой смысл жить, если впереди тебя не ждет ничего лучшего?

• Какой смысл жить, если ты слишком занята, чтобы жить?

- Безупречно.

• Ничто не безупречно, - отвечает Алекс.
• Сейчас безупречно, - улыбаюсь я.

- Ненавижу концовки, - бросает он. - Ненавижу. Если история хороша, то никогда долго не продлиться.

• Но мы продолжаем читать, - выпаливаю я, прежде чем успеваю мысленно сформулировать предложение.

Дженна считала, что ее книги должны быть свежими, чистыми и нетронутыми никем, кроме нее. Я же предпочитаю уже прочитанные томики, каждая страница которых хранит отдельную историю. Мне нравится представлять их в виде солдатиков, которые до того, как попасть ко мне, отслужили где-то еще. В истории положено переноситься, занимать ими душу и жить в них. Возможно, именно поэтому я часто одалживаю книги, в отличие от подруги, которая редко расставалась со своими.

В мире нет ничего, что не могла бы излечить хорошая книга.

– Нам уже было больно. Что нам сделает ещё один шрам?

Иногда – и сейчас именно такой момент – кажется, что ты живешь прошлым, несмотря на то, что событие происходит в настоящем, ведь для полного погружения все выглядит или слишком фальшивым, или слишком идеальным, или слишком далеким.

– Есть миллион возможных способов рассказать историю, – начинает он. – Медики помогают людям жить дольше и продолжать собственные истории. Выпускники инженерных направлений повествуют о технологиях, которые зародились еще у пещерных людей с камнями и палками. Морские биологи складывают останки, пока не поймут, где проводили ночи киты и обитали рыбы в коралловых рифах. Рассказывать истории можно не только в письменном виде.

Иногда лучший способ избавиться от вины – почувствовать всю тяжесть ответственности, даже если ее и быть не должно.

Книги лгут. Жизнь не заканчивается, когда тебе исполняется восемнадцать или когда ты решаешь, что с тебя достаточно.

Жизни не бывает достаточно. И тебе не перестает грозить опасность.

Ван Гог не пожалел красок: даже на копии невооруженным глазом можно разглядеть слипшиеся куски масла и толстые мазки на крышах домов. Кажется, его разум не справлялся с обилием информации, поэтому он пытался перенести увиденное на холст как можно быстрее.

Иногда лучший способ избавиться от вины - почувствовать всю тяжесть ответственности, даже если ее и быть не должно.

В мире нет ничего, что не могла бы излечить хорошая книга.

Между сном и пробуждением есть миг, когда человек кажется чистой доской, на которой можно случайно переписать всю историю его жизни.

– Дорогая, все глупо. Жизнь слишком коротка, чтобы быть другой.

Ощущаю себя старой, как изорванный парус на лодке, которая едва выбралась из шторма.

Мне пора самой принимать жизненно важные решения, быть самодостаточной и чем-то большим. Вероятно, иметь зрелые взгляды, хотя я знакома со многими взрослыми без них.

Я слышала, что скорбь сравнима с приливами и отливами. Однако их, в отличие от эмоций, можно предугадать.

Мне всегда нравились истории, в которых реальность раскрашивали оттенками сказочных событий: поток сильного ветра или магический скачок, например. Меня приводила в восторг мысль о том, что в обыкновенной спальне нас могут настигнуть приключения и позвать в поход на поиски лучшей жизни.