– В устах Лао-цзы разум означает интеллект. Даосизм призывает от него освободиться, так же как индуизм и буддизм. Интеллект – это непрерывная работа мысли, что берет верх над душой и телом, в ущерб интуиции, инстинкту и осознанию своей сущности.
– Осознанию своей сущности?
Снова несколько секунд молчания.
– Когда вы пребываете в размышлении, вы словно не обитаете в своем теле, не прислушиваетесь к душе, не чувствуете, что живете: вы объясняете реальность, чаще всего искаженно. Вы приписываете другим намерения, которых у них нет, проецируете на них свои страхи, проблемы, сомнения и ожидания. Вы думаете о событиях, вместо того чтобы их проживать. Восточные учения предлагают избавиться от господства интеллекта, чтобы ощутить вещи такими, какие они есть, здесь и сейчас, между тем как разум знает лишь прошлое и будущее.
Только прошлое и будущее…
– Мне непонятно, как разум связан со временем?
Он взглянул на нее и глубоко вздохнул. Подступиться к этой теме было тяжело.
– Разум толкует событие или высказывание, опираясь на ваши познания, жизненный опыт, верования и представления человека о себе самом, других людях и мире. Но весь ваш опыт относится к прошлому. Поэтому, если в данную минуту вы пугаетесь, вы мысленно проецируете в воображаемое будущее объяснения, взятые из минувшего. Таким образом, интеллект отрезает вас от настоящего.
– И Лао-цзы говорит, что у него «сердце глупца», потому что сумел избавиться от власти разума?
Молчание.
– Вполне возможно.
«Блаженны нищие духом», – утверждал Иисус. Несомненно, Он имел в виду то же самое. И вовсе не дух бедности, как сказал ей парижский кюре.
Дюверне взял бутылку вина и снова наполнил бокалы.
Она не возражала.
– А есть ли… связь между интеллектом и эго?
– В основе эго находится страх: мы боимся быть хуже других, боимся, что нас недооценят. Итак, необоснованные страхи, как правило, результат размышления. Именно наши раздумья приводят к тому, что мы принимаем себя не за тех, кто мы есть: под влиянием интеллекта эго начинает примерять на себя разные роли. Разум взращивает эго.
Он отпил глоток и добавил:
– Буддизм призывает отказаться от этих чертовых ролей.
Он произнес слово «чертовых» с остервенением.
– Буддийская отрешенность… Когда мне говорили о ней, сразу появлялось противоречие: вроде бы надо жить в отрешенном состоянии, не ощущая того, что происходит вокруг. Но мне вовсе не хочется жить, отстранившись от мужа, от маленького сына, от всех, кого я люблю… Я не хочу, чтобы они считали меня безучастной или бесчувственной. Возможно, отдалившись, я буду меньше страдать, если с ними что-нибудь случится. Но если все идет своим чередом, я не понимаю, как отстранение сделает меня счастливой. Скорее наоборот!
Тишина.
– Не стоит все принимать так буквально, – снова заговорил он низким, тягучим голосом. – Поймите, буддийская отрешенность заключается прежде всего в освобождении от привязанностей эго. Ведь оно привязано ко всему, что вы цените, но что вами не является: все ваши роли, красивые вещи, лестные качества и, уж конечно…
Он выдержал долгую паузу и тихо пробурчал себе в бороду:
– Этот ваш гребаный успех.
Не стоит все принимать так буквально…
Алисе вспомнился ответ Иисуса богатому юноше, который пришел к Нему за советом. Иисус сказал тому: «Пойди продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах…» Когда-то этот совет казался Алисе странным: как отказ от всех благ поможет этому юноше? Разве большинство людей не работают всю жизнь, чтобы иметь дом и еще две-три необходимые вещи? На самом деле указание Иисуса отвечало буддийской отрешенности: может быть, Он почуял, что юноша слишком привязан к своему добру, что это тяготение и создает проблему. Вероятно, мысль Христа вовсе не означает, что надо лишиться всего до копейки, чтобы стать счастливым. Просто нельзя чересчур дорожить материальными благами, слишком к ним привязываться.