АРДЕННСКИЙ ПРОРЫВ
Интереснейшая для меня страница истории Второй Мировой войны на Втором же фронте. Наконец-то, издали книгу Энтони Бивора, одного из самых популярных английских военных историков, автора с ярким стилем и безусловным мастерством, при этом явном антисоветчике и русофобе, что не стоит забывать. Но тут сама тема не позволила ему особо нас критиковать, а в остальном он, пожалуй, пытается быть более или менее объективным.
Бивор начинает с описания летних и осенних успехов союзников, с парада в Париже, с приветствий французов и бельгийцев в адрес американских и британских войск, с описания отступления деморализованных немецких подразделений на Западный вал («Линия Зигфрида»). Но уже по тому стилю, которого он придерживается, становится ясно, что шапкозакидательные настроения наглосаксов были совершенно неуместны. Да, Антверпен был легко взят, но использовать его как порт снабжения не удалось из-за минирования устья Шельды; да, 15-я армия фон Зангена была выбита из Па-де-Кале, но ей удалось прочно укрепиться в Северной Бельгии; да, британцы осуществили амбициозную операцию по высадке десанта в Арнеме, но несогласованность действий и зависть к чужим успехам в кругах высшего руководства в итоге (среди прочего) привела к ее полному провалу. Эйзенхауэр, Монтгомери, Паттон и Брэдли, каждый в меру своего положения пытались примерить лавры победителя, препираясь из-за ресурсов и выбора направления главного удара.
Бивор подробно описывает штурм союзниками Ахена, древней столицы Карла Великого, попытки немцев превратить город в крепость и особенности ожесточённых уличных боев. Находится место и рассказу о жизни освобожденного Парижа, где американцы моментально создали «черный рынок» с грандиозным оборотом краденного военного имущества. Только одна группа железнодорожников за месяц похитила 66 млн пачек сигарет. Особое место отведено парижским приключениям Эрнеста Хемингуэя, включая попойки, интрижки, разрушение отеля «Ритц» и благословение на писательство сержанта Сэлинджера. Ну а кому же, как ни ему всем этим заниматься? - риторически как бы вопрошает Бивор.
Уделяется внимание качеству прибывающего из Америки пополнения, так называемой «замены». Сам термин уже вызывает вопросы, намекая, что новобранцы просто «надевают сапоги мертвецов». Пехотные подразделения, потерявшие до 80% состава в Нормандии, доукомплектовались новичками, не прошедшими даже минимальной военной подготовки в Штатах. Если солдату удавалось выжить в течение 48 часов на передовой, то у него появлялись шансы стать опытным бойцом. Приблизительно так Бивор готовит нас к объяснению причин первоначальных успехов немцев в Арденнах.
Но сначала был знаменитый Хюртгенский лес, куда войска союзников вошли подобно легионам римского туриста Квинтилия Вара, посетившего Тевтобургский лес с известным результатом. Это тот самый лес, в котором немецкая артиллерия стреляла шрапнелью по кронам деревьев, нанеся огромный ущерб пехоте рикошетами и щепами стволов. Упорство американцев, прущих напролом через уже заснеженную чащу, в которой они не могли воспользоваться преимуществом в танках и авиации, прилично удивило немецких штабистов. Хотя и у немцев в отношении, как они называли «человеческого материала», тоже все было скверно: так, например, пехотная рота, полностью составленная из переводчиков Люфтваффе, в полном составе перешла на сторону врага. Пополнение уже формировалось в большей степени за счет подростков и мужчин старших возрастов.
Почему именно Арденны? «На Восточном фронте сосредоточенная атака тридцати двух дивизий была бы поглощена и подавлена огромными силами Красной армии. Стремительная победа на итальянском фронте ничего не изменила бы». По безумному замыслу Гитлера, развитие атаки на Антверпен позволило бы расколоть союзников и снять угрозу с Рурского промышленного района. Конечно же, уже на стадии планирования было понятно, что это акт отчаяния. Начальник штаба командующего Западным фронтом Рундштедта генерал Вестфаль отмечал, что даже Йодль, разрабатывающий операцию, вероятно, не верил, будто они когда-нибудь доберутся до Антверпена. Подробно описывается подготовка немцев к операции, меры по сохранению секретности, сосредоточение войск и проблемы со снабжением. Как всегда у Бивора мне нравится его умение незначительными деталями подчеркнуть тот или иной свой вывод. Так, например, показывая отчаянность замысла высадки десанта в тылу союзников, он говорит о том, что после огромных потерь на Крите в 1941 году многие ветераны-десантники даже ни разу больше не были в самолете. В то же время, напротив самого слабого сектора союзников фашисты сосредоточили в 5-й и 6-й танковых армиях 900 танков и самоходных орудий (общее количество бронетехники в Арденнах - 1800 ед.). На этом фоне Бивор критически описывает командующих союзников и их неспособность договориться друг с другом. «На самом деле можно даже задаться вопросом, не страдал ли Монтгомери от того, что сегодня называют синдромом Аспергера». А вот Паттон, например, приказал капеллану сочинить молитву о прекращении дождя, распечатать 250 тысяч экземпляров и раздать солдатам, чтобы они молились. Результат был положительный, нужно отметить. (Упоминается интересный факт, что письма от недождавшихся солдат возлюбленных в подразделениях прикрепляли на специальную доску и называли «Милый Джон». Очевидно, идея переводчика - усилить термин, в оригинале «Dear John»). Бивор фиксирует полный провал разведки союзников. Многочисленные свидетельства концентрации десятков дивизий перед Арденнским проходом игнорировались как несоответствующие общей картине театра боевых действий. При том, что немцы уже атаковали в этом направлении в 1870-м, 1914-м и 1940-м.
16 декабря 1944 темным утром начался Арденнский прорыв. И если на фронте 6-й армии эсэсовца Зеппа Дитриха атака началась с мощной артподготовки, то 5-я армия Хассо фон Мантойфеля перешла в наступление, скрытно подойдя к переднему краю. В любом случае, по словам Йодля, «внезапность достигнута в полной мере». Фронт был прорван, но не везде одинаково успешно. Там, где американцы проявили упорство и не оставили своих позиций, задержка обошлась немцам слишком дорого. Командование союзников не сразу сообразило, с чем именно оно имеет дело, тем более, что связь была нарушена во многих местах. Даже бомбардировка ракетами «Фау-1» Льежа и Антверпена (одна из неуправляемых ракет попала в кинотеатр, убив 300 солдат) не убедила генерала Ходжеса в начале немецкого наступления. Штабы союзников в принципе не могли поверить в саму его возможность.
Особое внимание уделено автором действиям боевой группы Пайпера, находящейся на острие атаки. Оберштурмбаннфюрер СС Иохим (Йохан) Пайпер - командир полка 1-й танковой дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Образцовая «арийская» внешность, 29 лет, убежденный нацист и совершенно безжалостный человек. В начале войны личный адъютант Гиммлера, а затем участник практически всех важнейших кампаний и сражений, в том числе трижды под Харьковом и на Курской дуге (был и под Прохоровкой). Именно его эсэсовцы устроили бойню в арденнских снегах у деревни Баугнез (также известна как бойня в Малмеди), расстреляв 84 пленных американца и несколько местных жителей. После войны Пайпер будет приговорен к смерти за действия своих подчиненных, но адвокат сможет отменить приговор и эсэсовец отсидит 10 лет, потом будет работать представителем «Порше», а в 1975 году неизвестные сожгут его вместе с домом во Франции. Но пока что его танки пробирались по узким лесным дорогам через месиво снега и грязи в направлении Мааса, преодолевая сопротивление разрозненных американских подразделений, по большей части находящихся в состоянии паники. В донесениях отмечалось резко возросшее количество дезертиров и «самострелов», а один воин даже обнял большое дерево и взорвал в руке гранату.
Бивор живописно описывает ожесточенные бои у Рохерата и Кринкельта, где «Шерманы», самоходки и гранатометчики бились с прорвавшимися «Тиграми» и «Пантерами» 12-ой танковой дивизии СС «Гитлерюгенд», а американские солдаты и панцергренадеры сошлись в рукопашную. Американцы потеряли очень много солдат и танков, отмечает Бивор, сам в молодости кадровый офицер-танкист, но именно их решимость защищать опорные транспортные узлы и определила в итоге исход Арденнского сражения. Автор подробно рассказывает о попытках группы Пайпера, после тактической удачи у Ставло, найти невзорванный мост для переправы через Амблев; о ночном бое у Лонгвейи, где немецкая учебная танковая дивизия захватила нетронутыми десятки единиц бронетехники; о штурме старинного города и замка Клевро; о стягивании американцами всех возможных резервов, включая музыкантов, к Бастони, где и развернулись ключевые бои. Отдельная глава посвящена действиям в тылу американцев переодетых диверсантов Отто Скорцени и парашютистов Гейдте. Как отмечает автор, основным их успехом стало порождение паники и паранойи в рядах союзников. Блокпосты на дорогах без конца останавливали машины и проверяли, не немцы ли в них, задавая каверзные вопросы. Так, например, был задержан бригадный генерал Брюс Кларк, неверно ответивший на вопрос о бейсболе.
Два полка американской 106-ой дивизии, попали в окружение восточнее Сент-Вита, где в итоге и сдались в плен. Капитуляция более чем 8000 американских солдат считается самой масштабной в Европе. Потери немцев, пытавшихся штурмовать или обходить укрепленные позиции противника, также были велики, особенно от станковых пулеметов и артиллерийского огня. Мороз, снег, дождь, недоедание, отсутствие укрытий также наносили свои удары по обе стороны фронта. «Десантникам приходилось мочиться на свои пулеметы, чтобы отогреть спусковой механизм», - пишет потрясенный автор. Участь местного населения была ужасна: разрушенные деревни и фермы, беженцы, множество погибших, те кто уцелел, прятались в подвалах церквей, и как многократно указывает автор, «молились по четкам». Только 26 декабря 1944 года триста «Ланкастеров» и «Галифаксов» Королевских ВВС сбросили на захваченный немцами Сент-Вит 1140 тонн фугасных и зажигательных бомб. Немцы, а особенно войска СС, в свою очередь безжалостно уничтожали всё на своем пути, ненавидя бельгийцев, еще совсем недавно радовавшимся освобождению от фашистских оккупантов. Бивор дает множество оценок, но наиболее яркой его характеристикой битвы в Арденнах становится фраза о том, что по своему ожесточению она приблизилась к сражениям на Восточном фронте.
Итог арденнской авантюры фашистов известен: выходя из окружения боевая группа Пайпера оставила обездвиженные без топлива танки и технику в лесу; Бастонь безуспешно штурмовали до тех пор, пока в пацергренадерских ротах не осталось по двадцать человек; после установления погоды авиация союзников повсеместно охотилась за немецкими танками, разыскивая следы гусениц на снегу; поединок 2-й бронетанковой дивизии США и 2-й танковой дивизии Вермахта закончился сокрушительным поражением последней, не имевшей горючего, боеприпасов и питания. К концу сражения «войска всех трех наций выглядели как разбойники - грязные, неопрятные и бородатые». В полной мере проявил себя известный парадокс неподготовленного наступления - чем активнее и дальше подразделение углублялось в боевые порядки противника, тем сложнее ему было потом выбраться из окружения.
«Ясное холодное рождество, - писал Паттон... в дневнике, - прекрасная погода для убийства немцев...» Эйзенхауэр жаловался, что французы, «наряду с погодой... доставили мне в этой войне больше неприятностей, чем любой другой фактор». Генерал Хоррокс был отправлен в принудительный отпуск домой после того, как предложил разрешить немцам форсировать Маас, с тем, чтобы потом разбить их в сражении на поле Ватерлоо. Генерал-майор Вермахта (и шурин Гиммлера) Хайнц Кокотт, чья дивизия штурмовала Бастонь, писал о Ваффен СС: «Эти подразделения, всегда слишком хвастливые, высокомерные, с полным отсутствием дисциплины, с их хорошо известной жестокостью в сочетании с заметным отсутствием логики, оказывали невероятно разрушительный эффект и повсеместно становились помехой для любых систематических боевых действий». Конкретно во время битвы в Арденнах, Вермахт, среди прочего, обвинял СС в том, что их требование безусловного приоритета в продвижении на узких и малопроходимых лесных дорогах привело в итоге к хаосу.
ВЫВОД: «Отлично!». Прекрасно изданная подробная книга известного английского военного историка об Арденнском сражении с большим количеством карт и фотографий. Думаю, что приписка в названии книги «...Последняя авантюра Гитлера» не совсем верна - последней я бы считал танковое наступление в марте 1945 года у озера Балатон в Венгрии, где в итоге нашли свою окончательную могилу танковые войска СС. Ждем, когда переведут книгу Бивора о высадке на Крите, а его монография о битве за мосты в Арнеме только что вышла в этом же издательстве.
7 понравилось
