Цитаты из книги Ловец человеков

Верно было сказано Курту, когда он покидал стены alma mater – подлинно последним экзаменом будет первое раскрытое дело.

Плох тот инквизитор, который не мечтает сжечь Папу.

Времена меняются, и надо либо изменяться вместе с ними, либо быть готовым к тому, что новое время сожрет тебя.

Когда из общества исчезает страх, рождается хаос!

Курт проснулся от писка комара у самого уха. Чем всегда раздражали эти твари, так это тем, что не питались молча; он не имел бы ничего против того, чтобы быть укушенным, не большая потеря насытить собой создание, обладающее желудком размером с просяное зернышко, но тот факт, что они неизменно возвещают о начале своей трапезы, не давая спать, выводил из себя.

Мимоходом секретарь подумал, что бумага может передать слова с точностью, если писец добросовестен, но никогда не передаст железа в голосе инквизитора, дрожи в голосе обвиняемого, грохота тяжелой двери и дыхания палача за спиной у полураздетого человека. И протокол никогда не расскажет, как все происходило на самом деле...

Со временем привыкаешь и к опасности, и к тому, каким способом добываешь себе пропитание; детские банды, Бруно, это самое жуткое, что есть в преступном обществе, поверь мне. Дети быстро выучиваются ничего не страшиться, быстро перестают ценить жизнь — и собственную, и чужую. И как всякая слабая тварь, защищаясь или нападая, ребенок бьется безжалостно, как животное… А со временем притупляется и чувство опасности.

Вспоминая, человек приподнимает глаза кверху, вправо, сочиняя же что-либо – влево книзу.

Прочел я в одной старой брошюрке, как некую женщину, няню при младенце, взяли по обвинению в убийстве этого младенца. Инквизитор оказался такой усердный, что получил от нее признание. А после выяснилось, что ребеночек-то жив-здоров, просто его мать уехала, а грудного, естественно, взяла с собой. И знаешь, в чем сомнительный юмор этой ситуации? В том, что нянька все одно повесили — за лжесвидетельство.

– Славно мы влипли – инквизитор не знает, как быть!

– Ваше инквизиторство… Добрый день. Ищете успокоения? На секунду Курт опешил, непроизвольно переспросив: – Что? – Смотрите на работу другого, – пояснил тот, помахав в воздухе полешком. – Говорят, успокаивает. Можно еще на огонь; это вам, наверное, ближе будет.

И гордость хороша, но в разумных пределах. Не тогда, когда она губит тебя п-просто так. И тело, и душу. Хорошо умирать с гордо поднятой головой, когда ты отстаиваешь честь или жизнь, к-когда жертвуешь собою за любовь к ближнему... да к любому живому существу, хоть к цыпленку, но не тогда, когда смерть приходит потому лишь,что ты ошибся и не желаешь из гордости признать это. С-скажи, разве я не прав?

Страх правит миром, пока люди способны подчиняться только такому правителю! Страх сберегает вора – от хищения, убийцу – от убийства, насильника – от насилия! Крестьян – от бунта! Timor est emendator asperrimus, слышал такое?

Возвышения по служебной лестнице, конечно, не будет, но слава – слава ему обеспечена. По Конгрегации пойдут рассказы о молодом неудачнике, который, раскрывая первое дело, за восемь дней ухитрился устроить крестьянскую войну местного значения, причем не просто погиб под вилами взбешенных крестьян, но еще и прихватил с собой на тот свет всех свидетелей. И кто-нибудь с полным основанием сможет сказать, что, если уж так работают выпускники с отличием, то все малефики могут спать спокойно…

В. У тебя есть ненавистники? О. Я не знаю... но ведь ненавистники - они всегда так, о них не знаешь, пока они не ударят в спину... Это я так, образно, не в прямом смысле...

Главный страх — страх перед собой, твой главный палач — ты сам; когда ты это постигаешь, то уже не сделаешь того, за что сам себя потом будешь казнить — и не час или пять, а, быть может, годы, десятилетия, всю оставшуюся жизнь.

Слухи не кошки, и сами по себе они не бродят, а стало быть, эту… новость до вас донес человек; так вот спрашиваю снова: какой?

...как говаривал все тот же наставник, "главное оружие следователя - голова". "Все верно", - соглашался преподаватель рукопашного боя, объясняя, как бить таким образом, чтобы лбом сломать противнику нос...

Не направляй оружие на противника, если не готов применить его. По крайней мере, если твой противник не верит в это.