Сандро из Чегема. Том 2

Рассказ Фазиля Искандера «Широколобый» — короткая, но очень ёмкая притча о достоинстве, памяти и разрыве между человеком и природой. В центре — буйвол по кличке Широколобый, через которого автор показывает традиционный абхазский мир и то, как в него врезается логика «прогресса» и безличной системы.

Это анималистический текст, но животное здесь — не просто милый образ, а носитель тех качеств, которые люди постепенно утрачивают: внутреннего чувства меры, верности, свободолюбия. История устроена так, что мы постоянно сверяем поступки людей и поведение Широколобого, и от этого сравнения в какой‑то момент становится неловко именно за человеческую сторону.

При этом рассказ написан очень просто и зримо: жаркий день, вода, тяжёлое тело животного, голоса людей — всё почти физически ощущается при чтении. Финал, не будучи «криком», оставляет после себя стойкое чувство несправедливости и тихого стыда, который долго не рассасывается. Для меня «Широколобый» — из тех текстов, которые за несколько страниц успевают сильнее сказаться на взгляде на мир, чем многие толстые романы.

Сборник «Дерево детства» был издан в 1974 г., в тот момент, когда журнал «Новый мир» уже напечатал с большими изъятиями главный роман Ф. Искандера «Сандро из Чегема». Видимо, поэтому в этот сборник автор отобрал вещи относительно безопасные. Несколько рассказов написаны про его школьно-студенческие годы («Начало», «Письмо», «Дедушка», «Мой кумир», «Лов форели в верховьях Кодора»), другие — про бытовые приключения советского человека («Моя милиция меня бережет», «Англичанин с женой и ребенком», «Попутчики»). Но два рассказа особенные. Первый — «Колчерукий», одна из новелл «Сандро из Чегема», лишь косвенно связанная с героем романа. Зато рассказ про соседа по абхазской деревне, где провел детство Искандер, дополняет его воспоминание из «Созвездия Козлотура». Он в детстве случайно ночью угодил в вырытую пустую могилу, где столкнулся с так же туда провалившимся козлом. Его быстро услышали и вытащили, но остается непонятным, как возникла эта ловушка. И в «Колчеруком» он описывает во всех деталях историю пустой могилы. Её выкопали для якобы умершего старика Шаабана Ларба, которого прозвали Колчерукий (Сухорукий). Но вредный старик возвращается воскресшим из больницы. Искандеру очень удаются харизматичные старики: трудолюбивые, храбрые и острые на язык. Как и в рассказе «Дедушка», автор дает понять, что среди молодых таких же отважных и ярких личностей уже нет. Второй рассказ «Летним днем» совсем не о расслабленном отдыхе на юге. Рассказчик встречает физика из ФРГ в летнем кафе, и тот рассказывает, как его вербовало гестапо во время Второй мировой войны. Немец не хотел становиться осведомителем, но и отказываться было опасно. Как избежать такой участи порядочному интеллигентному человеку? Разговор между гестаповцем и ученым написан так, что его можно приложить и к советской действительности — беседы с особистами случались нередко. И Искандер дает совет: «Самое главное не показывать ему, что обыкновенная человеческая порядочность не позволяет мне связываться с ними». Сказать, что болтлив, готов сотрудничать, но без формальностей, вроде бы соглашаться, но в последний момент отказываться. Повесть «Созвездие Козлотура» — сначала вроде бы мягкая, но к концу всё более злая сатира и на советскую печать, и на искривленное устройство сельского хозяйства СССР. Опытный газетчик без высшего образования Платон Самсонович требует от колхозов, чтобы они СРОЧНО стали разводить козлотуров, гибрид тура с козой. Зачем? Ради больших рогов и шерсти? Абсурд ситуации очевиден, но какой-то начальник сказал, что «интересное начинание, между прочим», и дальше пропаганду не остановить. В газете заводят рубрику «Посмеемся над маловерами», в республике проводят конкурс стихов о козлотуре, кафе переименовывают в «Водопой козлотура». Эта повесть — отличное изображение того, как организовывались в СССР разные кампании типа «кукурузной».