Доисламская история арабов. Древние царства сынов Востока

На самом деле особо и нечего написать про эту книгу, т.к. из нее я ничего особо и не узнал нового (да и старого тоже). Примерно половина книги это история отношений стран между собой ну и плюс упоминания Аравии просто потому что она там была: вначале Рим, Египет, Индия, затем Византия и Персия. Государства эти между собой постоянно взаимодействовали ( торговля, добыча полезных ископаемых или пряностей, вероисповедание и т.д. и т.п.) и вот на этом фоне и появляются арабские бедуины или жители городов на территории Аравии. В общем эта территория была буферной зоной между более сильными соседями и использовали они их в своих интересах постоянно, тем более северные и южные арабы так же между собой постоянно враждовали... Вторая половина книги уже и есть доисламский и начало исламского периода, который более менее исследован (1-7 вв), но и тут в основном записи греческих, римских, византийских современников, а вот что касается арабских современников, да и ученых живших после, то тут тишина, все (арабы) считают что то что было до Корана исследовать не обязательно)

Книга британского востоковеда Де Лейси О’Лири — это глубокое погружение в ту эпоху, которую сами мусульмане называют «джахилия» (период невежества). Однако автор доказывает, что никакого «невежества» и, что более важно, изоляции в Аравии не было.

Главная заслуга О’Лири в том, что он в пух и прах разбивает гипотезу о том, что Аравийский полуостров был «вещью в себе», отрезанной от мира пустынями. Автор наглядно показывает, что регион был перекрестком цивилизаций. Книга великолепно описывает связи арабов с великими империями (Византией, Персией, Аксумом) и влияние других религий и течений (эллинизма, христианства, иудаизма) на формирование арабского мировоззрения, уделяя большое внимание семитским языкам, в частности арамейскому, отражая культурные заимствования отражались в речи и быту. Для тех, кто интересуется этимологией и связью народов, это настоящий кладезь.
Читая об извечной племенной розни, борьбе за ресурсы и специфике бедуинского мышления, начинаешь лучше понимать, почему арабам так сложно достичь единства в современном мире. Корни разобщенности уходят на тысячи лет назад.

Но нужно учитывать, что книга написана в первой половине XX века. С тех пор археология сделала гигантский скачок: найдены новые надписи, расшифрованы манускрипты, проведены раскопки в Йемене и Саудовской Аравии, о которых О’Лири не мог знать. Некоторые его выводы сегодня выглядят гипотетическими. И, пожалуй, самый неприятный момент это конониальный тон в некоторых главах. О’Лири — типичный представитель британской школы востоковедения своего времени. В тексте проскальзывает высокомерие: он порой излишне резок, называя целые народы «ворами», «торгашами» или «варварами». Его взгляд — это взгляд «белого господина» на экзотическую, но «дикую» культуру.

Книга, в целом, впечатляет своей фундаментальностью, несмотря на краткость, архаичный стиль и порой раздражающий снобизм автора, это один из лучших трудов для того, чтобы понять, из какого «бульона» возник ислам. О’Лири показывает арабов не как внезапно появившуюся силу, а как результат долгого взаимодействия множества культур. Читать стоит, но с «фильтром» в голове. Это прекрасный исторический фундамент, который, однако, требует дополнения современными научными данными.