Классика
KINOshnikSimbirsk
- 31 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
«Дублинцы» - это сборник одних их самых первых рассказов Джеймса Джойса – классика ирландской и мировой литературы, оказавшего сильное влияние на Сэмюэля Беккета, Хорхе Луиса Борхеса и многих других всемирно известных метров литературы.
Все рассказы описывают жизнь простых дублинцев «средней руки». Все они, осознавая обыденность своего существования хотели бы изменить всё к лучшему, вырваться из рутины повседневности, из своего тусклого существования.
Герои рассказов Джойса молодые и пожилые, богатые и бедные, – все одинаково пассивны, они не могут вырваться из окружающего болота обыденности, не могут ничего изменить. Редкие всплески настоящих живых чувств быстро гаснут и затихают.
Героиня рассказа «Эвелин», разрывается между привычной жизнью с жестоким отцом и неизвестностью будущего. Мечтая о новой жизни она, тем не менее, не нашла в себе сил изменить свою жизнь и не садится на отплывающий пароход, уплыв на котором она вырвалась бы из унылости своего существования.
Рассказ «Мёртвые» завершает сборник. В этом рассказе персонажей гораздо больше, чем в других. Все эти персонажи так же жители Дублина. И все они разные, и вроде все вместе, собираются за одним столом, но при этом каждый слышит и чувствует только себя. Отсутствие понимания между людьми, одиночества, осознания своего места в окружающем мире – являются центральными темами рассказа.
Рассказы не захватывают и не увлекают какими-то неимоверно закрученными сюжетами, но именно такое неторопливое и размеренное течение жизни наиболее точно передает дух жителей ирландской столицы того времени.
Сейчас тоже хватает таких «дублинцев» среди нас. Не так ли?
П.С.: Начал читать Джойса как автора, оказавшего влияние на понравившегося мне Сэмюэля Беккета . Но слишком уж «лайтовые» были «Дублинцы» Джеймса Джойса , если сравнивать с произведениями Сэмюэля Беккета . Если Беккета хочется продолжать читать, то Джойса пока нет.

Сначала ей просто льстило, что у нее появился поклонник, потом он стал ей нравиться

Не знал, придется ли мне когда-нибудь заговорить с ней и если придется, как я скажу ей о своем несмелом поклонении. Но мое тело было точно арфа, а ее слова – точно пальцы, пробегающие по струнам.
Другие издания
