... я часто задавался вопросом, почему в мире, где так много чувств, я могу выразить так мало.

Это походило на то, как если бы я запер своего сына в звуконепроницаемой кабинке, а затем задернул шторы, чтобы не слышать и не видеть, кем он стал.

Ты либо преодолеваешь трудности, либо будешь в конце концов раздавлен их тяжестью.

Долгое испытание беременностью Джойс, казалось, закончилось, трудности были стерты из нашей памяти чудесным светом рождения нового человека.

Как и у других отцов, у меня был своенравный сын, и я надеялся, что где-то в кромешной тьме, которая простиралась между Батом, штат Огайо, и Вест-Эллисом, штат Висконсин, на него может пролиться какой-то свет, хотя бы крошечная точка, которая приведет его домой в целости и сохранности.

не мог себе представить, каким образом он вырос с такой разрушенной душой, и, каким бы невероятным это сейчас мне ни казалось, я позволил себе поверить, что даже эти гротескные и отталкивающие поступки – всего лишь этап, который однажды пройдет.

Джефф достиг дна как сын, абсолютного дна, и я чувствовал, что он тянет меня вниз вместе с собой, втягивая в полный хаос, который устроил в своей жизни, и делает это публично.

Это была мания, которая началась с фантазий о неподвижных телах и перешла к его практике накачивания людей наркотиками в банях, затем к убийствам и, наконец, к каннибализму, с помощью которого Джефф хотел гарантировать, что его жертвы никогда его не покинут, что они навсегда теперь станут частью его самого.

...трагедия жизни заключается в том, что мы, кажется, не можем достучаться до самых близких нам людей.

Я думаю, в глазах родителей дети всегда видятся на расстоянии одного шага от искупления. Независимо от того, как глубоко они завязли в трясине, мы считаем, что им нужно только ухватиться за спасательный круг, и мы все равно сможем благополучно вытащить их на берег.

Ты либо преодолеваешь трудности, либо будешь в конце концов раздавлен их тяжестью.

Ничто, как мне казалось, не было лучшей метафорой жизни в тени проблемного ребенка, чем это мучительное и бесконечное чувство уборки и разгребания вещей.

Да, время от времени все люди бывают эгоистичны. Все люди в какой-то степени тщеславны и эгоцентричны. Но у большинства все же есть черта, которую нам не переступить. Мы можем причинять боль другим людям, но нормальный человек не зайдет далеко.

Что, если мир монстров подспудно сопровождает всех нас с самого рождения, но другие дети быстро отбрасывают его в сторону, а в моем сыне он по каким-то причинам с каждым днем ширился, становился заселенным все более отвратительными существами?..

В глубинах ужаса ручьем бежит
Та нить, что сына и отца соединит.

- Я думаю, в глазах родителей дети всегда видятся на расстоянии одного шага от искупления.

Мы бы обсуждали только тривиальные вещи в жизни, и пусть все более глубокие и тревожащие вопросы исчезнут из наших разговоров. Мы бы жили в мире поверхностных обменов мнениями, и пусть все остальное останется невысказанным. И эту ужасную тишину мы бы назвали покоем.

...возможно, что все это было скрыто от меня — не только ужасные физические доказательства преступлений моего сына, но и темная природа человека, который их совершил, этого ребенка, которого я держал на руках тысячу раз, и чье лицо — на фото, которое я мельком увидел в газете — так похоже на мое?