The Mythago Cycle Volume 1: A Ryhope Wood Omnibus: v. 1

Когда-то в начале двухтысячных я был толкиенистом и бегал по лесополосам со своим деревянным мечом и в плаще из мешковины. Или подкрадывался сзади и кулуаркой по горлу щёлкал, эх, были времена. Короче, чтоб вы понимали, люблю леса, да. Главному герою этого романа Стивену Хаксли тоже придется их полюбить, несмотря на то, что он винит лес в развале своей семьи. После Второй мировой войны Стивен поправляется после ранения и возвращается в дом, где вырос, на окраине Райхоупского леса в Великобритании. Его отец был одержим этим лесом сколько Стивен себя помнит, а теперь и вовсе ушёл туда и пропал. По возвращении Стивен обнаруживает, что его брат Кристиан идет по стопам отца семимильными шагами, как в прямом, так и в переносном смысле, а точнее, "немного" едет кукушкой. Представьте на минутку, родной брат вам говорит, что лес за окном - это не обычный лес! Он сопротивляется вторжению чужаков, время внутри изменяется, поэтому внутри он намного больше, чем 6 миль, которые занимает в современной Британии. Странные энергетические поля взаимодействуют с человеческим разумом, чтобы создать мифаго - идеализированные формы древних мифических и легендарных существ, героев и злодеев, таящиеся в глубинах нашего бессознательного, пришедшие в него из коллективного. Так, например, воздействуя на лес можно столкнуться с королем Артуром, Робин Гудом, Фрейей, или кем-то ещё. Можно погостить в средневековом замке или в полуразрушенной римской вилле. Бредово звучит на первый взгляд. На второй тоже, но лучше проверить.

Глобальным разобщением и в конечном итоге камнем преткновения для семьи Хаксли стало некое создание. По мнению отца Хаксли - мифаго идеализированной рыжеволосой кельтской принцессы-воина, которая время от времени мощно выходит из леса, эротично пахнет землёй и феромонами. Все мужчины рода Хаксли не могут устоять, и я понимаю, что многих читателей это может взбесить. Непонятно почему эти люди влюбляются в Гвин. Объяснение простое - it's a kind of magic, мужчины не могут не влюбляться в нее. Рыжие волосы, бледная кожа, стройная и юная хихикающая особа, ни слова которой Стивен не понимает на первых порах, но прям сразу хочет. Мне не помешало это додумывать картинку, однако считаю это минусом в глобальном смысле.

С первой страницы меня очаровала эта книга. Очень просто, не вычурно, но красиво и детально до мурашек. Я вспоминал "Дом в котором" и моменты, когда Слепой в комнате Ральфа чувствует Лес, вот это было прям оно. Повествование идёт от первого лица, используются дневниковые записи и иногда письма, поэтому чувствовал себя при чтении почти максимально вовлечённым. Сюжет не оставляет дыр, и объясняются почти все необычные вещи, пусть и через сложные конструкции предложений, которые я скорее ставлю в вину переводчику, нежели автору. Больше всего нравятся вопросы, которые Холдсток ставит перед читателями. Можно ли считать Геракла единственно настоящим, если в него верило множество разных групп людей? А если посчитать искажения от каждой конкретной личности из этих групп? Сколько получается воплощений? Где грань между реальностью и писательским вымыслом? С точки зрения психологии всё выглядит презанятно. Все трое членов семьи Хаксли пытаются познать себя (лес, заселяемый их бессознательным) через некую любовную проекцию (Гвин). При этом у главного героя это созависимые отношения, потому что множество раз подчеркивается невозможность функционировать нормально без объекта любви, Стивен даже не может собрать и оставить её ненадолго, чтобы съездить по делам. При этом можно не вдаваться в анализ и читать отличный роман, вдыхая аромат сырого мха и похлёбки из кролика.

Признаюсь, я так и не понял до конца ситуацию с Гарри Китоном, который имел свой интерес в путешествии в Лес, однако кроме идеи, что он надеялся вернуться прошлым собой, нет предположений. А также трое мифологических фигур, шедших за Стивеном и потенциально могущих помочь. Я говорю о Стрелке, Рыцаре и Мертвяке. Они так и не сыграли свою роль, и их линия не получила развития от слова совсем. Возможно, они нужны в других книгах, но как, Шерлок? Это не помешало поставить высшую оценку книге, потому что несмотря на все недостатки она глубоко психологична и ярко напомнила мне любимый Солярис Лема.

Тут все такое зыбкое, такое переливающееся, как будто это не фэнтези, а фиолетовая игрушка Лизун из Спортмастера, которую так удачно проткнул мой сын, течет, течет, и фиг ты ее удержишь в руках, протечет сквозь пальцы. Будешь ходить весь такой омифотворенный.

Занятное такое фэнтези, почти как все книги этого жанра, выросло из мифов и сказок, но конкретно эта книга вывела сей жанр на новый уровень. Автор занялся исследованием мифов вообще, пра-мифов, мифов-оригиналов, и отправил героев, во-первых, жить на краю мифогенного Леса, который сам как некое существо а-ля Солярис, выуживает из подсознания пробегающих мимо людей мифических существ, а во-вторых, захотел поисследовать содержимое коллективного бессознательного человечества (по крайней мере британского человечества) и узнать, насколько же оно коллективное. Если у вот этого британца одно представление о Робин Гуде, не знаю, в зеленой шапочке с пером и пряжками на сапогах, а у вот того британца другое представление - пусть шапочка без пера и недостаточно злости ибо совесть не позволяет, это один и тот же Робин Гуд? Или разные. И насколько смена имени влияет на архетип? Передур и Персиваль - это один и тот же герой сказок, но в разных эпохах, или разные? И как язык влияет на сознание? Какие-то вопросы диалектики, которые никак не ожидаешь от книги про лес.

Кстати, сначала хотела сказать, что автор помимо мифов широко использует и современную психологию, вроде эдипова комплекса и братское соперничество, но потом увидела слово "эдипов" и как все поняла.

Стоит ли рассказывать сюжетно? Отец Стивена и Кристиана, Джордж, живет с женой на окраине леса. Лес сгенерил на основе сознания Джорджа различных мифаго, Урскумуга, он же Уршак, носителя изначального прапрамифа, клыкастая шерстяная страхолюдина, которым наверняка неолиты пугали детей, но которого они же и выдумали как устрашающего защитника племен, аналог Бабайки? Или еще сгенерил странно пахнущую феромонами Гуивеннет, она же Джиневра, Гвиневера, обольстительная самочка, молчаливая девственница опытная в постели, мускулистая охотница с формами, ну да это вечный миф, видимо, начиная с тех же неолитов и заканчивая 15-летним школьником Юрой. Джордж из-за лесной Джиневеры бросает семью и удаляется в лес. Потом за ним проследует его старший сын, Кристиан. А потом Гуивеннет увидит и младший, наш ГГ, Стивен. От лица Стивена и начнется повествование. Ну и да, везде во всех бедах (или приключениях, как посмотреть) стоит шерше ляфам.

Стивен, в компании с верным спутником, кстати, тоже еще один миф о верном Пятнице, то есть компаньоне, как мне кажется, тут автор прописал, в компании с верным спутником отправится в самое сердце Леса Мифаго, чтобы найти украденную братом Гуивеннет и убить соперника. А там, глядишь, и до центра Вселенной недалеко.

Совершенно необычное чтение, правда, очень зыбкое и ускользающее, автор расскажет помимо основной еще целую кучу различных историй, мифов в переработке, и далеко не всегда они узнаваемы. Иногда герои мифов меняют имена, иногда внешность, иногда история меняется на совершенно противоположную по смыслу, иногда приобретает еще один слой сверху. Должно быть, очень сложно быть культурологом. Люди - очень противоречивые животные. И история еще не закончена!

Заглавие "Фантазия для психотерапевта" - не о расстройствах психики, не о психологических проблемах, которые могли бы стать любопытным предметом исследования психологом. Нет, оно о сути, понятной далеко не каждому, - о трансформации, ради которой чаще всего мы и идем в эту профессию. О трансформации, представляющей собой путь домой, как называет это автор, обретение целостности и гармонии в соприкосновении четко очерченного, каким бы ни был развит человек, сознания с невероятной глубины опытом нашего бессознательного. Холдстоковские Лавондисс - та самая точка соединения наших частей, мифаго - образы таящегося в бессознательном, доселе неизведанные и страшащие, но без обращения внимания на которые невозможна полноценная жизнь живого.

История трансформации поделена на две части, в первой из которых герой уходит в Лес Познания себя, назову так, за своей любовью (а вовсе не за разгадкой отцовской тайны, как говорится в аннотации) к женщине, а во второй - сестринской. Т.е. мотивом изменения служит любовь - самое мощное чувство, лучший стимулятор для трансформации. Когда-то отец Стивена вместе с дедушкой Таллис обнаружили, что находящийся рядом лес не прост - из него на мгновения показываются те, кого не должно существовать, они назвали и мифаго и определили, что где-то в нашем мозгу, между полушариями образуется связь, позволяющая улавливать архетипические образы, таящиеся в нашем бессознательном, пришедшие в него из коллективного (и как бы я пропустить могла такую книгу). Однако, как известно, именно в бессознательном живет все известное миру на протяжении веков с его сотворения и все "изгнанное" сознанием - утопическое и убийственное. нирвано-подобное и извращенное. Поэтому лес притягателен, затягивает в свою чащу, но никто не способен предсказать, удастся ли оттуда вернуться и с чем там можешь встретиться...

...я вошла в собственное подсознание… даже не подозревала, что может быть так больно. Я чувствовала себя изнасилованной, поглощенной, но все-таки любимой.

Персонаж первой истории Стивен, таким образом, утрачивает своего отца, а в последствии и его брат Кристиан отправляется в тягуче-притягивающий лес с каждым разом все на дольше. Но из Райхоупа, аллегорически - ему на замену, выходит мифаго отца братьев - женщина, ставшая для них троих "обителью" Анимы, проекцией их бессознательных истинных потребностей, и превращается в смысл их движения. утаскивая в свой мир, т.е. в их глубинные "подземелья". У героини второй части, сводной сестры человека, сопровождавшего в конце Стивена в его поисках, Таллис притяжение просыпается вместе с голосами и желанием отыскать Гарри, сгинувшего в Райхоупе. Напоминаю, что "сгинуть", "пропасть" там можно метафорически - вся книга о путешествии внутри самого себя с фантастическим намеком на возможность физического отображения этого процесса. Девочка движима желанием, движим желанием и Стивен - они оба подвластны своей потребности в придерживании объекта своей любви рядом и они уходят в лес, думая, что это они занимаются поиском, а не лес и объекты чувств (символически - по сути проекции) влекут их за собой.

Сложно передать словами метафоричность, аллегорию, символизм того, что подразумевает автор, - наверное, именно поэтому, любые попытки облечь в какую-то привычную форму такие глубинные смыслы ставят меня в тупик: любого описания любому автору подобных книг недостаточно, чтобы передать внематериалистичный смысл (да-да, я махровый идеалист по самые уши и до кончиков ногтей), но все они пытаются и пытаются выразить невыражаемое... Холдсток, тем не менее, пожалуй, едва ли не единственный писатель, которому удалось максимально приблизиться к тому, чтобы все же суметь передать архетипическую начинку наших голов, показать связь между индивидуальностью и зародившимся с миром коллективным скоплением знаний и подчеркнуть, что здесь нет однозначности: душа она и в теле, и вне его, и отдельна, и часть энергии всех душ; человек жив физически, но может не присутствовать в этом "измерении" своей духовной сутью, душа не может быть мертва или жива, она вне этих рамок, перерождается; бессознательное - и ад, и рай, и ничто, и все вне любой плоскости и измерений.

Иногда Холдсток, правда, срывался с высоты глубинного смысла на дно выдуманных образов, которые как ни описывай не могут передать прикосновение к внутренним таинствам человека - это лишь обертка, причем у каждого разная, которая покрывает ощущения связи с архаическим, глубинным и внеосязаемым в человеческой нам привычной системе координат. Однако то, что хотел передать автор, суть его произведения, так редко сейчас встречается в историях для широкого употребления, что своим наличием просто перекрывает личные попытки Роберта передать символизм через красочно-необычную, но никогда ни у кого не способную стать полноценным описанием такого опыта либо мыслей о нем, картинку.

В нашем языке, нашем восприятии не существует пока символо-знаковой системы для описания чего-либо хотя бы на ступеньку выше находящегося над парами антонимов - "жив-мертв", к примеру. Поэтому угадывать смыслы тем, кто не рожден с либо не развил в себе ощущение этого на бессознательном уровне, приходится как слепому котенку - возможно, отсюда такая любовь к фэнтези в целом у большинства. Но, когда ты просто чувствуешь, будто открывшийся купол, вокруг себя энергию, переливающуюся, принимающую разные и часто совершенно противоположные формы (а также одновременно и то, и иное), знаешь, что не только за гранью ничего не завершается, а вообще грани нет, ощущаешь, что кроме времени-пространства есть еще миллионы типов систем восприятия, описания, понимания, чувствования и основ для процессов - остается читать что-то вроде "Леса Мифаго и Лавондисса", в которых потусторонний мир - тот же наш, любой кто-то - те же мы, каждое совершаемое - проекция нашего сделанного либо лишь желаемого.

Они соединятся… тело и душа… в месте великой битвы… там они выполнят свой долг… все легенды о поисках похожи на эту… главное в них — найти внутреннее я…