Цитаты из книги Сталин

Именно в 1930-х годах Сталин стал ощущать себя русским, о чем говорил в такой форме: «Я русский человек грузинской национальности». Такое же двуединое содержание он требовал и от других: сперва русское государство, культура, язык, а потом и ваши личные привязанности и особенности

Что же касается внутрипартийной борьбы, то ее исход был решен выбором секретарей крупнейших организаций России и Украины. Если бы они пошли за Бухариным, карьера Сталина была бы завершена. Но они пошли за Сталиным.

Конечно, абсолютно все воюющие стороны были застигнуты врасплох новой индустриальной эпохой, они рассчитывали на двухнедельную кампанию, подобную кавалерийской атаке, а никак не на четырехлетние мучения.

"Сталин - это не я. Сталин - это СССР".

в западных оценках договора Молотова — Риббентропа всегда будет звучать изумление от дерзости Сталина, перешагнувшего через идеологическое табу ради безопасности государства

Сталинская колонизация Севера (от Беломорско-Балтийского канала до золотых приисков Колымы) и рузвельтовское госрегулирование, несмотря на внешнее различие, вещи одного порядка. За ними стояла воля государства.

"Общество охватил психоз доносительства, доносы стали способом показать лояльность или даже устранить конкурента".

«Революция потому и революция, что все противоречия развития она сводит к альтернативе: жизнь или смерть». (Лев Троцкий)

Ллойд Джордж на упрек русских эмигрантов по поводу заключения договора с большевиками, ответил: «Мы торговали даже с людоедами».

"Россия не такая страна, которую можно действительно завоевать, то есть оккупировать.  Такая страна может быть побеждена лишь внутренней слабостью и действием внутренних раздоров".

"Время пожирало и этого титана, как когда-то он пожирал иные времена, иных людей".

"Война показала, что в стране не было столько внутренних врагов, как нам докладывали и как мы считали. Многие пострадали напрасно. Народ должен был бы нас за это прогнать. Коленом под зад. Надо покаяться".

"Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, всё это просрали".

"Нам сегодня трудно представить это огромное пространство, где не было Бога, но были подъем духа, оптимизм и вера в прекрасное будущее социалистического Отечества".

"Россия - это страна зимы и снега, с которыми русские научились за долгие века сосуществовать, почти сдружились".

"Национальное чувство - поразительная сила".

"Если бы в эти минуты Пётр восстал из гроба, он не поверил бы своим глазам. В его городе императорский крейсер расстреливал резиденцию русских царей!".

"Для Сталина не только чужая жизнь копейка, но и его собственная, - этим он резко отличается от многих других большевиков".

"Нет в мире таких крепостей, которые не могли бы взять трудящиеся, большевики".