Часовые любви

Я уже очень давно не покупала стихов, но тут не удержалась. И выяснилось неожиданно, что половина песен моей жизни - его, Булата Шалвовича. Что я могу, листая страницы, читать их наизусть. И "Полночный троллейбус", и "По Смоленской дороге", и "До свидания, мальчики"... И "Лошадка", и даже "Пиратская лирическая". Более того, как оказалось, в этом сборнике еще не все стихи Окуджавы, которые я знаю. Полбалла скидываю за "поздние" стихи, исполненные горечи, но - это был конец 90х, старость, и поэта можно понять, а вот составителей - нет. Многие прекрасные строки в этот сборник не включили, а вот "Через два поколения..." обязательно надо было? А во всем остальном - издание достойное, и бумага, и обложка.

Играйте, оркестры, звучите, и песни, и смех. Минутной печали не стоит, друзья, предаваться. Ведь грустным солдатам нет смысла в живых оставаться, А пряников, кстати, всегда не хватает на всех...

Булат Окуджава широко известен и любим. Давайте вспомним «До свидания, мальчики», «Грузинская песня», «Ваше благородие госпожа разлука», «Здесь птицы не поют, деревья не растут», «Пожелание друзьям»… Есть в сборнике стихи, мне мало известные (может подзабытые). Про собачку, которую подобрал сын на улице, та отоспалась, отъелась и многого ей захотелось. И был в доме пудель, старый и деликатный, интеллигентный… Зацепило это стихотворение. Поздние произведения вызвали наибольший интерес. У Бродского есть эссе «Как читать книгу», в котором он пишет:

«…я бы ставил на обложках книг не только имена их авторов, но и точный возраст, в котором они написали то или иное произведение, чтобы дать возможность их читателям решать, хотят ли читатели считаться с информацией или взглядами, содержащимися в книге, написанном человеком настолько моложе или - коли на то пошло - настолько старше их».

Конечно, с этим высказыванием можно поспорить, но все чаще замечаю, что мне ближе мысли людей поживших, немного уставших, зачастую разочарованных в человечестве (видимо и сама старею). И в этом сборнике для меня было важно услышать поэта в возрасте, в конце пути. Ниже выдержки из поздних стихотворений:

Через два поколения выйдут на свет люди, которых сегодня нет. … Им будет робость моя чужда, они раскованней будут и злей... Зависть, ненависть и вражда взойдут над просторами их полей. 1997

Да, старость. Да, финал. И что винить года? Как это всё сошлось, устроилось, совпало! Мне повезло, что жизнь померкла лишь тогда, когда мое перо усердствовать устало!… 1996

…И с грустью озираю землю эту, где злоба и пальба. И кажется, что русских вовсе нету, а вместо них толпа… 1996

Меня удручают размеры страны проживания. Я с детства, представьте, гордился отчизной такой. Не знаю, как вам, но теперь мне милей и желаннее мой дом, мои книги, и мир, и любовь, и покой. А то ведь послушать: хмельное, орущее, дикое, одетое в бархат и золото, в прах и рванье - гордится величьем! И все-таки слово «великое» относится больше к размерам, чем к сути ее. 1995

Осудите сначала себя самого, научитесь искусству такому, а уж после судите врага своего и соседа по шару земному. Научитесь сначала себе самому не прощать ни единой промашки, а уж после кричите врагу своему, что он враг и грехи его тяжки. Не в другом, а в себе побеждайте врага, а когда преуспеете в этом, не придется уж больше валять дурака — вот и станете вы человеком. 1990