Цитаты из книги Собаки Европы

Русские любят символы. Не то что вы, немцы.

Прошёл час, выпился ещё один кофе, Терезиус Скима недоверчиво взглянул на дно чашечки – а они уже подъезжали к Праге.

Терезиус Скима захмелел от бесконечного потока слов, под который ему так нравилось подставлять голову…

Они всегда приходят слишком поздно, чтобы отыскать тебя и спросить, кто ты на самом деле такой…

…это занятие – пописывать книжечки – всегда ослепляло людей, внезапно и необратимо.

Книжный магазин с шелестом свернулся, сложился, как карта старой настольной игры. Они снова были в Берлине середины XXI века.

Терезиус Скима глянул и отвернулся. Это была книжка с картинками: секс, секс, секс. Чем ещё можно с такой лёгкостью завлечь человека? Секс и картинки. Вот и всё, что им нужно.

…нынешний владелец сразу же повесил над низким входом вывеску с гордой и безнадёжной надписью: «Die letzte Bücherei» («Последний книжный»).

…многие отдавали предпочтение электронным изданиям и начинали Великую чистку своих жилищ от громоздких и привязчивых, как грибок, книжек.

Там должно что-то быть, – упрямо проговорила горничная. – Это как с Восточной границей, понимаете? Там, за ней, что-то есть. Там тоже люди живут… И может быть, там даже есть отели.

Его поражало, что он мог бы стать одним из них, – и он никак не мог понять, что за случай отделил его от этих людей непроходимой границей.

Думаешь, смерть смотрит на счета? В их хилтонах и краун-плазах люди мрут, как мухи, – говорил её шеф. – Просто никто не признаётся.

Удивительное было время. Быстрое, полное знакомств, которые обрывались, так и не завязавшись в узлы, так и повиснув посреди его жизни цветными нитками коротких встреч.

Иногда он приподнимался на локте, нащупывал на полу бутылку дешёвого рома и заходился в глотке.

О ЧТЕНИИ – Вдумчивое чтение хорошей литературы – это уже акт свободы, пример критического отношения к миру и людям, пример того, как творчество меняет и самого творца, и того, кто поддается его чарам.

Шчыры - то же, что щирый; искренний.

Подносье - участок между верхней губой и носом.

Денежка, когда-нибудь, через много лет, ты пойдёшь с мужем и детьми в магазин, выйдешь, а там я буду стоять. И ты сделаешь вид, что меня не узнаёшь. Пройдёшь мимо. Потому что учителей надо забывать. Обязательно надо забыть их, забыть, как их звали, и лица, и голоса, потому что когда начнёшь виноватых искать, то… То будешь искать среди любимых и среди своих учителей.

Vita brévis, ars lónga (дословный перевод с лат. — «Жизнь коротка, искусство [наука] длинна»; наиболее часто встречается вариант «Жизнь коротка, искусство вечно») — латинское крылатое выражение, первый афоризм знаменитого греческого мыслителя, врача и естествоиспытателя Гиппократа. Полностью звучит так: «Жизнь коротка, наука длинна, случай шаток, опыт обманчив, суждение затруднительно» (лат. vita brevis, ars longa, occasio praeceps, experientia fallax, iudicium difficile).