— Я его поспать отправила, вид у него какой-то болезненный.

— Это его яд отравляет.

— Какой еще яд? – не поняла Саша.

— Собственный. Которым он плюется теперь во все стороны, как гадюка!

— А ты жрешь, как всегда, – поддел Ваня.

— Жрешь всегда ты, а я собираюсь отужинать в прекрасной компании, – не остался в долгу Дементьев, бросив взгляд на Ольгу.

— Карма у тебя такая: людей бесить, – усмехнулась Саша.

– Тебе полезно иногда выйти в народ, проехаться на общественном транспорте, а то скоро совсем связь с реальностью потеряешь.
– Правительству можно, а мне нельзя?

Войтех никогда не страдал пространственным кретинизмом, умел запоминать дорогу с первого раза, а в новых местах неплохо ориентировался интуитивно, но то ли интуиция его сегодня подвела, то ли здание проектировал пьяный архитектор: вместо коридора, где находился кабинет директора, он попал в совершенно другой.

— В аду для вас приготовлен отдельный котел, – покачал головой Войтех, пряча усмешку за строгостью.

— Зато компания хорошая! – Ваня улыбнулся еще шире и приобнял Сашу за плечи.

– Надо же, есть то, во что вы не верите, – снова хмыкнул директор, но Войтех пропустил и этот укол. Иван тренировал его много лет. И такая тренировка даст фору даже той, которую он проходил, готовясь к полету в космос.

– Ваша главная проблема – не только твоя, а всех вас – вы пытаетесь найти в людях хорошее даже там, где его нет.

там, где дело касается жизней людей, все остальные правила утрачивают силу

"И тут Иван сделал то, чего Войтех не ожидал от него не то что сейчас, а вообще никогда: хлопнул его по плечу и проникновенно заявил:

– Сочувствую."

Дворжик - скотина иностранная.