Незримые Академики

Я должен продать товар любыми способами, исключая физическое насилие, иначе я просто даром небо копчу.
Гланг Храпссон жил, повинуясь этому закону, но не особенно любил людей - как и многие, кому приходится в течение долгого времени иметь дело с широкой публикой.

Рабов быть не должно, даже рабов собственного инстинкта.

...мистер О'Столлоп требовал, чтобы все семейные доходы выкладывали на стол, после чего перекладывал их в карман, закладывал за воротник в баре под названием "Индейка и овощи" и складывался пополам в вонючем переулке.

О’Столлопы считали себя умными, потому что никто и никогда их в этом не разуверял.

Волшебники любят состязаться. Конкуренция – часть волшебства. Они в той же мере склонны к дружеской игре, как кошки – к любезной беседе с мышью.

Пусть засунут свое мнение себе в джемпер.

– Вы же знаете, как это бывает, если регулярно читаете газеты, – сказал Думминг. – Я всерьез думаю, что они считают своей обязанностью успокаивать людей, объясняя в первую очередь, отчего им надлежит волноваться и трястись.

Чудакулли повернулся и увидел человека, который фигурой и назойливостью тембра напоминал флейту-пикколо. Он каким-то образом вибрировал, даже стоя на месте.

Стража обычно ни во что не вмешивалась в переулках, но на открытом месте она была просто вынуждена принимать меры, если налогоплательщики жаловались. А поскольку уставшие копы не любят вынужденных мер, они обычно принимают их добросовестно и изо всех сил – чтобы с гарантией не повторять в обозримом будущем.

- Ты здорово по нему хватил, Тупс. Даже несмотря на то, что ты, по собственному утверждению, хиляк и слабак.

• А ещё тряпка, сэр, и сим горжусь.

- А ну, повтори. Чё-то я в толк не возьму. Ты как скажешь, так прямо в башку не помещается и из уха торчит.

- Он выбрасывал их на улицу?

• Да. Но надо отдать ему должное - обычно только с первого этажа и предварительно открыв окно. Дедушка был очень деликатен.

Трев тащился в хвосте, словно запоздалая мысль.

Вообще у него хорошо получалось любить людей. Если ты любишь людей, в ответ они начинают капельку больше любить тебя. Хотя бы чуть-чуть, и то хорошо.

– А, вы заметили, – произнесла мадам, подмигнув. Этот жест не просто обезоруживал – от него таяли.

Если он намерен и дальше так вольничать, я от души надеюсь, что он женщина.

Гленда подошла к двери, исполненная мрачных предчувствий. Она не сомневалась: как только она шагнет за порог, с нее будут брать пять долларов в минуту за воздух, а потом перевернут вниз головой и вытрясут все ценное в подставленный совок.

Пожалуй, в этом был несомненный смысл: если собираешься зарабатывать до неприличия большие деньги, продавая шмотки, лучше замаскируйся среди других магазинов, которые занимаются тем же самым.

Городская стена стискивала Анк-Морпорк, как корсет "Мечта фетишиста"

Никогда не жди благодарности от того, кого спасаешь.