Безбожный переулок

Деды наши небось были не дураки. Антибиотиков не знали. Деды ваши доживали до года через одного! На первый-второй рассчитайся. Вот ты, ты и ты – шаг из строя. Вы – покойники. Умерли, все. От глоточной, крупа, чахотки, антонова огня. Помаялись брюхом – и окочурились, пополнив собой безучастную статистику. Может, и слава богу? Естественный отбор.

Боль вообще не нужно терпеть. Это всего-навсего сигнал к действию.

Вот я, Господь, стою перед тобой и смеюсь. И руки мои стерильны, а сердце – свободно от страха и сострадания. Если не хочешь помочь, пожалуйста – просто не мешай.

Мир был устроен очень просто.
Иммунитет и эволюция работали на сохранение вида, а не индивида.
Это означало, что, если вас невозможно спасти, вас просто убьют.
Надо было просто вовремя заметить первое движение убийцы.

Уважение может быть только взаимным.

Хвалить ребенка – только портить. Ты понял, что я сказал? Тогда иди. Вырастешь – спасибо мне скажешь. Огарев выворачивался из железного коленного плена, смирившийся, но не укрощенный. Вырасти! Да. Этого он точно хотел. Но только не для того, чтобы сказать спасибо.

Кто не ужаснулся бы при мысли о необходимости повторить свое детство и не предпочел бы лучше умереть?

...хронически, нет, даже не так - злокачественно не высыпался...

Платок, сбившийся до затылка. Душа, сбившаяся до красноты, до мякоти, почти до кости.

Должно быть, провалял здесь дурака целую неделю, пил вино, щипал за бока круглых здешних красавиц, целовал хлеб в горячий живот, прежде чем надломить. Макал в уксус и масло. Оцет и олей.

Боль никуда не делась, конечно. Но теперь вся помещалась внутри. И с этим можно было жить. Жить. Просто жить.

Мир был устроен очень просто.
Иммунитет и эволюция работали на сохранение вида, а не индивида.

Будто она вдруг решила пообщаться с пылесосом. Сама при этом будучи бетономешалкой.

Ты как сегодня какал, Яша? Кашицей или колбаской? Улыбался весело - а какал я сегодня говном!

Матерщинник был невероятный, изысканный, вдохновенный.

Школа, а потом ПТУ не дадут ребёнку пропасть.