Микола Джеря

Я понимала, конечно, что не стоит от этой книги ждать чего-то, похожего на "Кайдашеву сім'ю", но начало было таким многообещающим - живописные описания природы и деревенского быта, знакомство Николая с будущей женой и подготовка к свадьбе. Но потом... Герой как-то внезапно, одним махом взрослеет, превратившись из беспечного юноши, у которого, кажется, только и была в голове возлюбленная Немидора, в человека, больше всего озабоченного социальным неравенством. То и дело он возмущается несправедливостью, жадностью пана и тем, что тот обдирает народ, который бедствует, пока господин и его прихлебатели жируют. Не внемля ни уговорам отца не лезть на рожон, ни угрозам пана отправить его в солдаты, если не прекратит бунтовать, Николай продолжает подстрекать народ, а когда узнает, что назавтра пан готовится выполнить свое обещание, вместе с несколькими односельчанами сбегает, чтобы в другом городе наняться рабочим на сахароварне. Вот тут от поступков героя я просто выпадаю в осадок. Во-первых, он просто сбегает, оставив своих мать, жену и новорожденную дочь. Которые не просто вынуждены теперь жить без мужской руки в доме и во владении все того же пана, перед которым за них теперь некому заступиться, но и, по всей видимости, должны платить за него подушный налог: даже за умершего Джерю-старшего семья его платит еще какое-то время, а Николая никто умершим наверняка не признавал. Во-вторых, он покидает родное село не для того, чтобы подбивать народ на бунты, собирать силы дабы свергнуть крепостное право. Нет, он живет бурлаком и вкалывает на сахарных заводах, чтобы просто дождаться, пока этот конкретный пан умрет, чтобы вернуться в свое село! То есть жить вдали от семьи, в вонючих бараках, есть помои, загибаться от тяжелой работы, получать копейки, половину из которых тут же просаживать в кабаке, в ожидании события, которое, возможно, наступит уже после твоей смерти - лучше, чем дома, пусть под крепостным гнетом, но с любимыми, которых нужно кормить и защищать?? Зачем было уходить, если ты не собирался ничего менять или хоть как-то активно влиять на ситуацию??? В книге практически ничего не говорится о том, как тяжело жилось семье все эти годы, все больше о страданиях по ушедшему мужу Нимадоры, которая уже в 40 лет себя хоронила от тоски. Но уверена, что жизнь этой и некоторых других семей, из которых мужья сбежали на юг, была адской - и толку с того, все 20 лет Николай хранил жене верность (по-видимому), а не, по примеру некоторых, не завел себе в Бессарабии новую семью.

Читала ніби вперше (хоча насправді вдруге). Ну, знову та ж пісня: тяжке життя, злидні, панщина і все таке. Цього разу центральним персонажем виявився чоловік, що не зміг терпіти панського знущання і втік. Протирічне у мене до нього ставлення: ніби і бунтівник, ніби і не кориться, як більшість, що уже добре, але методи протесту у нього якісь... егоїстичні. Сам втік, а жінку з матір'ю залишив страждати далі. І тікав, і тікав, поки тепленьке місце не знайшов. Ніби і журився за жінкою, а на молоденьку задивлявся (дякувати, що хоч не одружився). Але, мабуть, такі часи були. Що ще зробиш? Тільки пана можна тихцем вночі відлупцювати. Цікаво було почитати про роботу рибальських ватаг - щось новеньке. Ну а взагалі, дуже яскраво малюється - саме з побутового боку - життя під час панщини, а потім і після 1861 року, всі махінації, за яких воля була по суті тільки формальним поняттям, усвідомлення селянами власного положення. І добре, що хоч на старості літ на Миколу Джерю чекало хоч кілька років спокійного життя.

Мікола Джэра - увесь такі змагар за свабоду, праўдашукальнік, валявы, незалежны і непераможны. У адрозненне ад свайго бацькі, ён не хоча змірыцца з доляй прыгоннага сялянства, а хоча паваяваць за справядлівасць. Гэта, канешне, ён малайчына, ідэал, станоўчы герой. Але з іншага боку, Мікола кідае жонку з маленькай дачкой і старой маці, якія мусяць выжываць без мужчыны ў сям’і, адпрацоўваць паншчыну за ўсіх, пакуль ён прапівае заробленыя грошы, сумуе, бедненькі, па радзіме ды яшчэ і раздумвае, ці не закахацца мне ў Макрыну. Хм, нішто сабе ідеал.