Ragtime

Кто-то из нас живет настоящей жизнью, а кто-то лишь винтик в судьбе другого, лишь повод для чужой судьбы. Но кто и как? Ответа найти мы не можем.

Некоторые люди живут чаще, чем другие.

Мексиканские пеоны внезапно восстали против президента Диаса, хотя, казалось бы, могли к нему и привыкнуть за тридцать пять лет его правления.

…кончик карандаша ненасытно впечатлял безответную бумагу.

Почему вы отвергаете вашу собственную свободу? Почему вам обязательно надо за кого-то зацепиться, чтобы жить?

Ясно, что мир постоянно составляет и пересоставляет сам себя в бесконечном процессе неудовлетворенности.

Он чувствовал: если есть в природе некое высшее знание, то его надо искать в прошлом. Он полностью был убеждён в банкротстве настоящего.

Малыш был в зените детской мудрости, которая никогда не предполагается взрослыми и, стало быть, проходит нераспознанной.

Конечно, Америка не сразу приняла Фрейда. Горстка профессиональных психиатров понимала его значение, но для большинства публики он был немец-перец-колбаса, эдакий умник, проповедующий свободную любовь и пользующийся научными словами специально для того, чтобы говорить «пошлости». По крайней мере десятилетие должно было пройти, пока Фрейд не отомстил и не увидел, как его идеи начали разрушать сексуальную жизнь в Америке — навсегда.

Кто-то из нас живет настоящей жизнью, а кто-то лишь винтик в судьбе другого, лишь провод для чужой судьбы.