В 1917 году вышел сборник стихотворений «Тринадцать поэтов» — лирические отклики на войну и революцию. Столетие спустя Молодяков издал книгу, которая названием и даже обложкой копирует этот сборник. Содержание же ее — библиофилика, биографические очерки и литературоведческие статьи.
В книгу вошли работы о М. Струве (одном из участников сборника 1917 года), Д. Шестакове (одном из последних прямых учеников Фета), А. Котомкине, В. Маккавейском, Э. Голлербахе, Б. Коплане, С. Дионесове, Г. Ширмане, В. Шефнере, Г. Мосешвили и Дж. С. Виреке. Дополняют этот список семь публикаций с материалами из коллекции автора. Пять из них касается первого пула литераторов, еще две посвящены В. Шершеневичу и Б. Лившицу. Итого тринадцать имен.
Выпадает из этой когорты статья о Юрии Живаго, но оно и понятно: поэт, а все-таки литературный персонаж — поэтому не считается. Молодяков предлагает для начала развести творческие пути Пастернака и героя его романа: рассматривать Живаго как реальное действующее лицо в контексте эпохи, а заодно найти повлиявших на него авторов. Среди них оказываются Блок и «августейший поэт» К. Р. У последнего есть такие строчки: «Смеркалось. Мы в саду сидели. / Свеча горела на столе». Вторая строчка, как нетрудно заметить, заимствована для главного рефрена в «Зимней ночи» Живаго. Казалось бы, Пастернак изучен вдоль и поперек, а вот такая реминисценция находится впервые.
Что касается «настоящих» поэтов, то выделяются работы, посвященные А. Котомкину и Б. Коплану. Грамотная реконструкция творческого пути этих неординарных личностей заставляет подробно остановиться на каждой из них.
Александр Котомкин — крестьянин, пишущий стихи, в девятнадцать лет выпустил первый сборник, был рекрутирован, в армии на него обратил внимание все тот же К. Р. и по мере сил помогал: написал предисловие ко второй книге, женил на одной из фрейлин своего двора, а позже помог устроиться на гражданской службе. Когда началась Гражданская война, Котомкин оказался в стане «белых». Отступал до Владивостока. Оттуда окольными путями через Японию добрался в Крым, чтобы передать Врангелю послание от Семенова. Но припозднился. Вместе с остатками «белой» армии эвакуировался. Жил в Чехословакии, потом перебрался в Париж. Там зарабатывал на жизнь игрой на гуслях. Много гастролировал. Был очень известен. Во время Второй мировой войны попал в немецкий концлагерь на территории оккупированной Дании. В 1945 году Котомкина оттуда вызволила поклонница его творчества Гертруда фон Пель.
Борис Коплан — филолог, автор работ о Державине, Радищеве, Хемницере, Хераскове и др., работал над академическими изданиями Пушкина и Крылова, был главным редактором Словаря древнерусского языка, создававшегося в Институте языка и мышления им. Н. Я. Mappa. Долгое время работал в Пушкинском Доме как хранитель и ученый секретарь. Во время «академической чистки» был уволен, а вскоре арестован. Благодаря хлопотам жены и поэта Спиридона Дрожжина отделался высылкой в Ульяновск, затем — в Мелекесс.
Приведем стихотворение из ульяновской ссылки (1932):
Все разумно в подлунной природе: Оттого я и духом не пал, И служу на крахмальном заводе, И не сетую: жизнь глупа. Привыкаю в космическом плане На судьбу человека взирать. Волга течь никогда не устанет, — Мне же время придет умирать. Я умру не в Симбирске, конечно: Жизнь (пусть трудная) — вся впереди, Лишь бы совесть была безупречна И любовь не иссякла в груди. Часто путь моих мыслей мне странен, И грядущее вижу во мгле, Словно я — в первобытном тумане На заброшенной в космос земле. <…> Я решаю: изгнанье — награда, О какой я мечтать не смел. И видение Ленинграда Словно было мне только во сне.
«Тринадцать поэтов» — тринадцать портретов людей, которых затянул водоворот отечественной истории. Очерки и статьи Молодякова — редкий шанс прикоснуться к забытым или полузабытым фигурам нашей культуры. История литературы ХХ века пишется на наших глазах. Чем больше будет таких сборников, тем богаче она окажется.
1 понравилось
