Ніч проти Різдва. Вій

Началось всё с того, что пересмотрела советскую экранизацию "Вия", т.е. фильм 1967 года выпуска с Леонидом Куравлёвым и Натальей Варлей в ролях Хомы Брута и панночки соответственно.

А поскольку повесть я читала уже давно, ещё в школе, мне захотелось напомнить себе эту историю в первоисточнике.

В детстве меня фильм пугал, особенно панночка, которая мечется по кругу и мёртвыми глазами пытается отыскать Хому, руки-тени и летающий гроб. Посмотришь, бывало даже случайно эпизод из "Вия" – и ночью потом хоть спать не ложись, а то панночка сниться будет. Книгу же я читала впервые подростком – и она меня нисколько не испугала и, насколько я помню, вообще мало впечатлила. Хотелось больше узнать про Хому, богослова Халяву и ритора Горобца, про панночку и её фокусы с хуторянами, да и других деталей хотелось.

Перечитывание (точнее, переслушивание) меня не особо впечатлило тоже. Мне никогда не было понятно, например, почему у панночки нет даже имени. И всегда было интересно как она докатилась до такой жизни, что ей надо было на парнях верхом ездить. Да и как сотник мог не знать, что его дочь – ведьма.

Словом, крамольную вещь скажу в адрес классика: мне "Вий" решительно не нравится, поскольку мне не хватило подробностей и бэкграунда персонажей. Но прочитать, конечно же, стоит.

Решила продолжить знакомство с Николаем Гоголем и захотелось именно с этой повести.

С одной стороны я понимаю, что лучше бы я прочитала весь сборник, в который входит этот рассказ, но с другой, во мне горело сильное желание ознакомиться с Вийем.
Как и в рассказах «На хуторе близ Диканьки», авторский слог меня забавлял и покорял одновременно. В нем пронизывающе чувствуешь староукраинские байки, которыми пугали не только детей, но и взрослых. Это невероятно атмосферно и красиво.

При прочтении, мне хотелось так же пристально вглядываться в темную ночь, задумываться над смыслом непостижимого и понимать все чуть глубже, чем наш бедолага философ.
История раскачивается медленнее и поначалу может запутать, но если помнить и держать в голове, что подобные повести у автора все начинаются с некоего предисловия – из уст в уста и по миру, то терпение будет вознаграждено очередной жутью, летающими гробами и злой сущностью.

Минусы, недочеты и последнее слово:

Рассказ мне понравился и занял определенное местечко в сердце. Пока не могу сказать, что настолько же сильно, как «Вечера на хуторе близ Диканьки», но все же, я списываю свои слегка недожатые ощущения на то, что взялась отдельно читать Вия, от всего продолжения и вперед паровоза.

Нужно обязательно прочитать весь «Миргород».

Все бабы - ведьмы!

Жаль, что перед прочтением я успела посмотреть и театральную постановку, и фильм. Поэтому для меня совершенно не было никакой интриги и не было страшно, и мистики тоже не почувствовала, ведь я уже знала чем все закончится.
Могу сказать, что этот тот случай, когда фильм мне понравился больше, чем книга. Тут маленький рассказ, который поместил в себе несколько дней. А в фильме получилась целая детективная история.
Сначала лучше прочитать, а потом смотреть т.к. конец с одной стороны похож, а с другой - совсем разный и фильм все равно будет интересно смотреть.
Хотя история и небольшая, но Гоголю удалось показать колорит украинского народа: выпить, покушать, повеселиться, посплетничать, украсть, подраться, а все бабы - ведьмы!

В праздничные дни хочется читать несравненного Гоголя, который является самым мистическим автором среди русских классиков. Моя любовь к мистике началась именно со знакомства с этим писателем.
Такие чудеса могут случаться не каждую ночь, а только в самую особенную. Посудите сами: мать кузнеца проявляет свою ведьмовскую сущность, летает на метле, с чертом дружится-любится, прочих же кавалеров по угольным мешкам распихивает. Сам Вакула при поддержке нечистой силы отправляется к самой царице за подарком для любимой дивчины.
Многие читатели нахваливают диковинную гоголевскую речь, умение выражать свои мысли красивым русским языком, и я тоже лишний раз похвалю, не буду скупиться на добрые слова.
О «Ночи перед Рождеством» можно говорить без конца. Это сказка на все времена. Она наполнена украинским колоритом, хитростями, ментальностью, смекалкой. Не нужно никаких экранизаций, никаких мультфильмов. Просто брать и — наслаждаться слогом, игрой слов и филигранно прописанными персонажами.
Рождественская история, которую можно читать в любое время года, в любом возрасте и в любом обстоятельстве. Но уместнее под праздники и под рюмочку горилки или любого другого крепенького напитка.

Это единственная книжка, которую я читал непомню сколько раз. А еще больше я люблю кино. Вот умели же снимать раньше. И смешно, и интересно, и совсем не страшно. А черт просто красавчик. Я хоть и не люблю чертей, но этого абажаю. Это я спецом так написал. Это наша англичанка как про что говорит, что ей нравится. так сразу абажаю. Прям так через А.
Повесть очень цикавая. Там настроение такое, даже не знаю как сказать. Детством пахнет. Вкусное такое. Я всегда когда это кино смотрю или книжку читаю, себя маленьким представляю. И родители молодые. И даже слезы наворачиваются.
И особенно нравится, что там все на Украине происходит. Там Украина добрая, вся такая своя.

Наверное, первый (во всяком случае первый из известных) в истории русского государства автор настоящих ужастиков. И это произведение - самая-самая классика жанра. И впечатление в зависимости от возраста и окружающей обстановки он производит разное, в чем я убедился на себе.
Первый раз прочитал "Вия" во время войны, когда мне было лет 10 в подходящей для чтения такого произведения обстановке: был зимний вечер, я был дома один, в комнате горела только "коптилка", так как свет во время войны в квартирах жителей даже в Сибири, где я жил, был отключен, кругом царил полумрак. Страх был настоящим. С трудом дочитав до конца, я в ужасе спрятался с головой под одеяло. В дальнейшем я читал эту повесть еще раза два-три, но уже в другом антураже и, конечно, более взрослым. Такого страха я не испытывал, но легкая дрожь по телу пробегала.

В очередной раз убеждаюсь, что русская классика до XX века - совершенно не мое литературное направление, за очень редкими исключениями. Понимаю, что на этом строилась вся отечественная литература последующих столетий, что это наше культурное наследство и такая же гордость для нас, как, например, Чосер и Шекспир для англичан, и стараюсь заставлять себя читать, но нет - ни удовольствия от чтения, ни хоть какого-то интереса. Гоголь в этом плане вообще моя большая беда: стыдно признаться, но я его просто терпеть не могу еще со школьных времен, хотя объективно не могу объяснить, что именно мне в нем не так.

Вот и в этот раз чудо снова не случилось, как бы я на это ни надеялась: не покорил меня ни колорит истории, ни сам сюжет, ни художественное оформление текста и особенности авторского стиля. И тоже беспричинно – написано очень красиво и самобытно, а мне аж зубы сводит от неудовольствия непонятно чем. Не мое и все тут. Обидно, конечно, но что уж тут поделать. Зато хоть знаю теперь в подробностях, что там с этой панночкой было, и кто такой Вий, а то все обрывками хватала.

Ай, горе-горюшное зашло в селение сотника - померла любимая дочь, прекрасная панночка. Нет теперь счастья от пиров разгульных и веселий бедному отцу. Грусть и боль потери поселились в его в миг постаревших глазах.

Желает выполнить последнюю просьбу своей дочери — чтоб отчитывал ее три ночи студент-философ Хома Брут. Потому что он знает тайну её... Спасет ли Хома душу панночки или в этот раз победит нечистая сила?

Перечитав у любимого Николая Васильевича почти все, к своему стыду, "Вия" я прочитала только сейчас. В детстве было страшно, подростком не интересно. А вот сейчас захотелось.

И вот единственное, что мне пришлось не по нраву, так это то, что слишком маленькой оказалась книжица. С первого взгляда , но если поразмышлять, то можно на много знаком пост написать.

Тема поднимается очень серьезная, особенно для тех времён — противостояние религии и магии. Да и отношение простого народа к церковным служителям тоже.

Казалось бы, зачем большую часть истории отдать на описание обучения студентов? Вон в "Тарасе Бульбе" сыновья возвратились из жизни учёной и никаких вопросов не возникает. А тут нет. Тут надо всматриваться в строчки, смотреть, как относятся местные к обучаемым. И вот этот момент очень важен, потому что видно отношение главного героя к своему делу, виден его характер. И это всё существенно влияет на финал.

Отношение сотниковых людей к панночке тоже поражает, но как только сюжет перемещается в церковь — всё становится ясно. Богом забытое место. Немудрено, что в селении водится нечистая сила. Свято место пусто не бывает ведь.

А вот Вия самого тут мало. Кто он — неизвестно. Мало о нем пишет и Николай Васильевич, спихивая все на фантазию местного населения.

Но есть версия, что из последних редакций этот момент был специально вырезан, ибо там совсем не человеческий облик и как это придумалось и могло кому привидится — пирамидальное нечто в слизи, с хоботами вместо рук и с челюстями на ногах.

Хотя образ Вия — как мужика с длинными ресницами я встречала и в белорусских сказках, и у нас в одной из уральских былин Мамаищу брови поднимали, чтоб глаза могли видеть. Так что в наш фольклор Вий вписывается идеально.

В общем, люблю я читать Гоголя — его описания и сюжеты утаскивают похлеще  утопленниц. А после чтения хочется изучать матчасть, чтобы хоть немного, но разбираться в наших сказках и преданиях.