Шопоголик и Рождество

Мне внезапно становится стыдно за собственную беспомощность. Почему это я решила смириться с судьбой? Почему сравнивала себя с героем «Изгоя»? А не «Крепкого орешка»?

Она отлично понимала, что я ценю в жизни больше всего. Это и попыталась отнять. А мы, оказывается, её недооценивали.
— Она хуже Гринча, — мрачно заявляю я. — Даже его перещеголяла. Тот только вещи украл. А она — людей.

И на меня накатывает сентиментальное настроение. Ведь от него и до грусти недалеко А от грусти — до падения на колени, рыданий навзрыд и отчаянных выкриков, обращённых к безразличным небесам: «За чтоооо?»

В голове у меня созревает готовый план. Знаете, из разряда тех, про которые сначала думаешь: «Что?» Потом: «Нееет, я так не могу». А в конце: «Даааа! Так и поступим!»

Целоваться на улице — это так сексуально. Напоминает мне наши первые дни вместе. Нужно бы делать это почаще.

— Что? — таращит он на меня глаза. — Бекки, да я же просто сказал, что ты прекрасно выглядишь. Каким макаром тебе удалось превратить это в «старая кошёлка»?

Я ещё пару мгновений любуюсь платьем, затем прячу его подальше в шкаф и достаю из сумочки свой блокнот. Вписываю «купить новое платье к празднику» и, довольная, вычеркиваю этот пункт.

Клёво, конечно, жить в живописнейшем городке Новой Англии и не сомневаться, что в самый подходящий момент с неба повалит снег. А вот в настоящей Англии он начинает сыпать только тогда, когда совершенно тебе не нужен, — например, когда ты выруливаешь на автостраду А3.

Вся проблема с подсознанием в том, что, когда пытаешься спросить, что ему надо, оно только смеётся тебе в лицо и отвечает: «Догадайся сама, тупица!»

Но, конечно, как только ты решишь действовать спокойно и последовательно, жизнь подкидывает тебе проблем.