Цитаты из книги Cujo

Профессор Шарп сидел за учительским столом в позе с намеком на некоторую небрежность – юные зрители могли бы предположить, что под этим строгим серым костюмом скрывается взрослый, с которым можно дружить, – но говорил медленно и серьезно. Он не командовал. Не вещал свысока. Не подольщался к детской аудитории. Не расхваливал свой продукт. Он обращался к маленьким телезрителям, любителям субботних мультипликационных программ и сухих сладких хлопьев, так, как будто они настоящие люди.

Его внешний вид и манера речи были умеренно авторитарными; Вик с Роджером опросили около сорока учителей и с полдюжины детских психологов и выяснили, что именно такая манера общения взрослых с детьми нравится большинству ребятишек и многим как раз не хватает подобного дома.

В темноте самые дикие ответы обретают убедительность.

Вернувшись домой, Вик сел на кровать Тэда и плакал, пока не выплакал все слезы. Он в тот момент хотел умереть, но не умер и даже поехал на другой день на работу.

Как по-дурацки устроены человеческие отношения, сколько приходится вкладывать труда и сил для получения самой скромной отдачи.

Любое событие он рассматривал как точку, из которой расходятся линии вероятностей, причем число этих линий всегда ограниченно. На конце каждой линии стоит еще одна событийная точка, дающая новый набор вероятностей. И так далее. Такой «чертеж» жизни от точки к точке всегда служил ему верой и правдой.

Наверное, все-таки стоит сказать, что Куджо старался быть хорошим псом. Он всегда делал все, чего от него ожидали и требовали ХОЗЯИН, ХОЗЯЙКА и МАЛЬЧИК. Он бы умер за них, если нужно. Он не хотел никого убивать. Он сам стал жертвой судьбы, злого рока или просто болезни под названием «бешенство». Свободная воля тут ни при чем

... в десять лет пора понимать разницу между дерьмом и чайной розой.

Когда твой дом рухнул, нужно строить новый, а не склеивать обломки.

Раз сам Бог не верит в монстров, то никакие молитвы не помогут.

<...> ждать от жизни уже нечего. Возможностей с каждым годом все меньше. Для женщины очень важна ее роль. Жена, чудесно. Ну, еще мать. А еще что? Каждый год отрезает от жизни новые куски.

Он замялся, и ее депрессия сменилась более активным чувством – страхом.

Клыки Куджо щелкали в нескольких дюймах от ее лица, и она обоняла его дыхание, пахнущее мертвечиной и бессмысленным убийством.

... слепая машина убийства, клацающая челюстями.

Прошлое, как шкаф: не следует залезать слишком глубоко.

Иногда мне кажется, что ты не знаешь, что такое реклама. Это как таскать волка за хвост. Чуть отпустишь, и он повернется и сожрет тебя. [...] Ведь мы живем в стране, где становится сенсацией, если «Биг Мак» весит на десять грамм меньше при контрольном завесе. Какой-то калифорнийский журнальчик вдруг заявляет, что «пинто» слишком легко ломается, и компания «Форд Моторс» писает в штаны.

Все монстры живут в пещерах, или в шкафах, или в конце тупиковых дорог. Это закон природы.

Мир плясал и кружился, она была гарпией, ведьмой из «Макбета», всеми тремя ведьмами сразу, живым воплощением мести.

Его тень протянулась за ним по земле, чёткая, как силуэт, вырезанный из чёрной бумаги.