Au Revoir, Tristesse. Lessons in Happiness from French Literature

Если нельзя быть импульсивным и избалованным в детстве, то когда же можно?

Становясь взрослыми, мы понимаем, какими глупыми были в том возрасте, но вместе с тем немного жалеем, что не можем сохранить непреклонность и слепую веру в себя, свойственные нашей юности.

Всем хочется, чтобы их считали нормальными людьми, чтобы с ними нормально разговаривали и чтобы им без конца не задавали вопросы о том, любят ли они лапшу, и прочей чепухе.

Узнав, что дочь официально стала писательницей, ее мать заметила: «Лучше бы ты научилась не опаздывать к ужину и хотя бы иногда причесываться».

Как жить, когда знаешь, что мог стать причиной страданий другого?

Суть не в том, что происходит. Суть в том, как это происходит и почему.

Что главное при изучении языка? Погружение, совершение тысяч шибок и умение вовлечь человека в разговор, даже если он явно не расположен к беседе и надеется, что вы скоро от него отстанете.

Можем ли мы быть уверены, что, читая перевод, понимаем все? Мне близок этот страх.

Если бы интернет изобрели на двадцать лет раньше, сомневаюсь, что вообще взяла в руки книгу.

Произведение может дарить мне счастливые эмоции вне зависимости от того, о чем оно.