Естественная история драконов

Проблемы редко исчезают сами по себе оттого, что их игнорируют.

"Я не раз сталкивалась с тем, что материи, казавшиеся ужасно важными в первые дни путешествия (что скажут люди?), с течением времени превращались в сущие пустяки. Как следствие, возникал вопрос, насколько все эти материи действительно важны." (с)

"Муж покачал головой.

• Ох, Изабелла... Я знаю, как ты стремишься к свободе исследователя, но...
• Но предпочел бы, чтобы при этом обошлось без подвернутых лодыжек? Полностью согласна. Но, по крайней мере, меня же не съел дракон!" (с)

Человеческий разум прекрасно умеет отыскивать закономерности там, где их на самом деле нет.

– О, будь я мужчиной!.. – сказала я, цитируя легенду о Сарпалиссе. – Только на самом деле мне совсем не хотелось бы быть мужчиной. Хочу только одного: чтоб моя женская природа не налагала на меня таких ограничений.

Ложь звучит наиболее достоверно, если рассказчик верит в нее сам.

– Тебе действительно так скучно?
Я взглянула ему в глаза.
– Ты и не представляешь, насколько. Когда мужчин навещают друзья, им, по крайней мере, позволительно обсуждать нечто большее, чем моды да очередные глупые романы. Беседовать с дамами о последних лекциях в Коллоквиуме Натурфилософов я не могу, а мужчины не примут меня в свой разговор. Ты позволяешь мне читать, что пожелаю, и это не дает мне повредиться в уме. Но провести целый год в окружении одних лишь книг я не смогу.

Люди часто полагают, что все премудрости материнства - вещь чисто инстинктивная: дескать, как бы мало женщина ни смыслила об уходе за детьми до рождения собственного первенца, сам факт половой принадлежности обеспечит ей все необходимые навыки и способности. Это в корне неверно даже на грубейшим биологическом уровне, и уж тем более неверно на уровне социальным.

Поразительно удобно! Винить в неудачах тех, кого даже нет рядом, – все равно что сказать, будто во всем виноват господь бог, а будешь его хулить, накличешь новых бед.

- Просто подумалось : как же мне повезло, что я не одинока в своем сумасбродстве. (с)

Как и у Аманды Льюис, мои представления о мире были сформированы чтением. Круг чтения Аманды был таков, что она ожидала от жизни сплошной череды балов, дуэлей и весьма своевременных гроз; я же, благодаря книгам, ждала от жизни интеллектуального общения равных с равными. Поймите, я прочла великое множество работ, написанных мужчинами, для которых интеллектуальное общение было образом жизни, и даже не сознавала, сколь маловероятен такой образ жизни для меня.

Шрам на руке выглядел просто жутко, но в глубине души я исполнилась гордости: меня укусил дракон!

В отличие от речи, каллиграфия по крайней мере сидит смирно и дает время приглядеться к ней и подумать.

Дайте мне драконов в любой момент, и я разберусь в их обычаях куда лучше, чем в обычаях собственных собратьев-людей. Мы слишком, слишком усложняем свой мир.

Работа была монотонна и скучна, но доставляла мне глубокое внутреннее наслаждение.

Общественное мнение - материя изменчивая.

- Вам вовсе не нужно этого делать, - сказал Сухайл, пристально наблюдавший за мной.

• Это должно стать моей посмертной эпитафией, - откликнулась я, сумев выдавить из себя улыбку. - "Не нужно ей было этого делать!".

Помните поговорку: "на войне атеистов нет"? Могу заверить: на краю стометрового обрыва всякий немедля станет пантеистом: лично я приняла бы благословение любых богов, какие только бывают на свете.

Меня долго обвиняли в отсутствии материнского инстинкта. Насколько я могу судить, этот инстинкт заключается в постоянных попытках спеленать и связать свивальником всякого, кому менее восемнадцати, чтобы он никогда ничего не узнал об окружающем мире и его опасностях. Понять, зачем это может быть нужно, особенно с точки зрения выживания видов, мне так и не удалось.

Sheep eat the grass, wolves eat the deer, and dragons eat everything that doesn’t run away fast enough.