Искусство счастья. Тайна счастья в шедеврах великих художников

Любовь к унынию не говорит ни о чем другом, кроме как о мелком, угрюмом и нарциссическом "я", так как в унынии открывают и снова находят только себя. Это иллюзия исключительности - настоятельное желание "почувствовать себя самим собой" - удаляет нас от жизни. Там, где счастье открывало нам мир, уныние изолирует от него.

Давным-давно люди поняли, что путь к счастью усыпан зимами

Ты будешь любим тогда, когда сможешь показать свою слабость так, чтобы другой не воспользовался ею, чтобы утвердить свою силу (Чезаре Павезе)

Если в повседневности нет счастья, тогда к чему все? Зачем нужно счастье, которое способно возникнуть только в исключительных условиях или у исключительных людей? Счастье не может существовать над мгновениями обычной жизни или рядом с ними. Оно должно быть в самой жизни

В психологическом плане действие всегда спасительно: оно делает настоящее осмысленным, даёт шанс выжить. Оно направляет нас, ограничивает наше искушение впасть в отчаяние.

Идея вечности поистине прекрасна. Но все эти мгновения, поводы и возможности имеют место здесь и сейчас. Сам Бог достигает своей кульминации в настоящем моменте и во веки веков не станет ещё божественнее. (Генри Д. Торо)

Человек никогда не видел любви, бесконечности, покоя. Наблюдение, интуиция, размышление дают нам возможность предполагать, что они существуют.

Практика счастья сродни терпеливому выращиванию сада нашей души или обучению игре на музыкальном инструменте. Нужно ежедневно и понемногу прикладывать небольшие усилия, чтобы время от времени чувствовать невесомость моментов благодати.

Когда зов счастья становится слишком тягостным, случается, в сердце человека зарождается грусть (Альбер Камю)

Невозможно всегда быть счастливым. Но возможно как можно чаще думать о том, чтобы не мешать возвращению счастья.