Цитаты из книги Индиго

• Сейчас полдень, и в полночь ты превращаешься в человека искусства

Она стала моей музой. Она стала моей жизнью. Она стала моим всем.

— Ты мне доверяешь? — Конечно, нет. — Справедливо. Я перефразирую. Ты считаешь меня насильником? — Вряд ли. Тебе все доступно и ничего не нужно брать силой. — Серийным убийцей? — Тебе наплевать на всех, зачем же убивать?

Когда я смотрю на тебя, я вижу что-то сломанное, что уже не стоит чинить. А ты видишь во мне дешевку, которой надо заменить дорогую вещицу, которую у тебя украли.

Никто не взрослый, если у него есть выбор. Взросление – вынужденная мера.

• на мне самая красивая одежда, милая. Моя улыбка.

Лос-Анджелес похож на второсортную проститутку. Она всем даёт, выглядит так себе, а однажды переспав с ней, понимаешь, что до тебя там побывало много парней и все оставили после себя кучу дерьма.

У каждой книге есть душа: душа человека, написавшего ее, и душа тех, кто читает ее и мечтает о ней.

Мы нашли нашу планету. Наш дом. Единственное место, где нам хочется быть. Так и бывает со сломленными принцами. Не все в конце обязательно умирают. Если их душа остается целой, то иногда они выживают. Иногда они даже вырастают и становятся королями. С моим принцем именно это и произошло.

Ты держишь мой мир в своих нежных, покрытых веснушками ручках, и я лишь прошу не кидать его об стену, не разбивать на миллион осколков.

Я считал себя солнцем, а тебя землей, но теперь я понимаю, что все перепутал. Ты всегда была солнцем.

Помнишь, как в «Маленьком принце» лис хотел, чтобы мальчик приручил его, и тогда они смогли бы быть вместе? Наверное, вот что ты со мной сделала. Ты приручила меня. Ты была мне нужна. А потом ты выпустила меня обратно в дикую природу, такого одомашненного и ТВОЕГО, и теперь я понятия не имею, что делать и как выжить.

Если стал наркоманом – это навсегда. Проблема в том, что ты не осознаешь всю серьезность своего пристрастия, пока оно не опередит тебя на пять шагов. Оно уже стремится к финишной прямой, готовясь разрушить твою жизнь.

– Если оставишь меня, – сказал он, – заберешь с собой мою душу. – На кону всегда стояла моя душа. У тебя нет души. Уже давно.

Правильно выбранное время может обернуться счастьем или бедой.

Теперь, когда Тани больше не было, Стардаст стала моим основным инструментом. И мне было грустно, потому что я знал: мне придется сломать и ее.

Она была океаном, я – сушей.