Мой муж – Федор Достоевский. Жизнь в тени гения

Перед нами воспоминания и мысли женщины, которая прошла через бедность, нужду, дурное настроение, частые припадки эпилепсии и игровую зависимость своего гениального мужа, но не перестала любить. Став вдовой в возрасте тридцати пяти лет, Анна Достоевская всю свою оставшуюся жизнь посвятила заботе о его публикациях и оставила нам сентиментальный рассказ о том истинном Достоевском, которого могла знать только любящая женщина. Рассказ о семьянине, любящем муже, заботливом и нежном отце - главная тем...

Жанры

Купить эту книгу

Мой муж – Федор Достоевский. Жизнь в тени гения

Электронная

309.9 ₽248 ₽

Купить-20%

Аудио

219 ₽176 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,7

744 оценки

5
74%
4
22%
3
4%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 866Хотят прочитать 1169

Рецензии

Lady_L5 февраля 2013 г.
Эта одна из тех редких книг, которые закрываешь с сожалением. После прочтения я еще долго выискивала в интернете статьи о упомянутых людях, причастных к жизни Достоевских, перечитала имеющуюся информацию о их современных потомках и с удовольствием пересмотрела новостные видео с их участием, такие как это. Дмитрий Андреевич Достоевский правнук писателя.
Что сказать о Воспоминаниях - это удивительно светлая книга, раскрывающая Федора Михайловича не только как писателя. Написано очень живо, через какое-то время понимаешь, что сопереживаешь страничной жизни давно ушедших людей как своим родным - такое бывает редко. В некоторых моментах я чуть не восклицала вслух что-то вроде - "ну наконец-то", или "да что ж такое", "ура!!".. И еще очень интересно читать о впечатлениях Анны Григорьевны о других великих людях - современниках ее мужа. Таких как граф Толстой, или друг семьи Аполлон Майков.
Конечно, Федор Михайлович был очень непростой человек и жилось с ним наверняка нелегко - и ревнивец, и игрок (до определенного момента), и физически очень больной человек (эпилептик) с капризами, порой отстраненный от реальности, "витающий" в писательской деятельности, к тому же лишенный обаяния и вызывающий часто неприязнь и зависть коллег. Но ко всему этому добрый, отзывчивый, безумно любящий свою семью и особенно детей. Жизнь сложилась у него трагически, много выстрадано, потеряно,смерть двух детей, постоянные долги, обманы, предательства.
Но вот как же повезло ему со второй женой! Анна Григорьевна была очень сильная личность. Один тот факт, что в 27 лет она решилась организовать издание книг своего мужа ( что для тех времен - нонсенс - всюду заправляли мужчины) и организовала его столь успешно, что им удалось покончить с долгами и отложить денег, говорит о многом. Мало того - после смерти "незабвенного мужа" эта женщина сама смогла устроить жизнь своих детей. Поддержка мужа во всем, забота о нем и ведение его дел - это была вся ее жизнь. Федор Михайлович во всем доверял Анне Григорьевне и не делал ни одного шага, не посоветовавшись с ней, чем однажды сильно удивил Некрасова. (Ну а меня очень удивил Некрасов, который назвал Достоевского подкаблучником - это при его-то хвалебных одах силе русских женщин).
Можно сказать, что благодаря жене Достоевский излечился от своего пагубного азарта. Своим кротким поведением в данном вопросе она в итоге вызвала у мужа муки совести, и он отказался от игры навсегда.
Кстати, сейчас часто любят упоминать имя Достоевского, чтобы оправдать современных модных авторов, пишущих в угоду публики за деньги - мол, сам Достоевский писал исключительно ради заработка, чтобы играть в казино. Это неправда. Его огромные долги были связаны никак не с казино, а с банкротством его внезапно умершего брата, у которого было свое издательство. Он взял на себе не только долги по издательству, но и содержал долгое время семью брата и своего пасынка от первой жены. Писатель сам страдал от того, что приходилось писать, не имея времени на отделку произведений. Хотя, возможно, будучи тщательно отредактированными, они потеряли бы тот нерв, который так присущ его книгам.
Как бы глупо и наивно это не прозвучало, но вот советовала бы почитать "Воспоминания" семьям, стоящим на грани развода по бытовым причинам. Потому что в этой книге семья сталкивалась с действительно серьезными сложностями, но тем не менее устояла (хотя в начале семейной жизни у Анны Григорьевны появлялись мысли о том, чтобы уйти от мужа к матери).
Самые четкие, как мне показалось, описания характера Федора Михайловича и их семейных отношений я вынесла в цитаты.
Читать далее
98
749
russian_cat8 мая 2022 г.
Надежа и опора
Как-то вышло, что биографию Достоевского я знала по верхам, но подробностями ее не особенно интересовалась, а о его второй жене только и знала, что она была стенографисткой, а потом помогала ему во всех практических делах, к которым сам Федор Михайлович не очень-то был приспособлен. Но приобретя, с некоторых пор, любовь к биографической и автобиографической литературе, взяла однажды в книжном магазине в руки книгу Анны Достоевской. Прочитала пару страниц – и однозначно решила: мне это надо. Бумажную, правда, не купила, слушала аудио, но это неважно.
Анна Григорьевна обладает очень приятным стилем, а еще, пожалуй, даром убеждения, так что даже человек, ни разу не читавший Достоевского, непременно захочет познакомиться с творчеством писателя, чью жизнь, характер, привычки и убеждения с такой любовью и уважением описала в своих воспоминаниях его жена. Я не могу себя причислить к истинным поклонникам таланта Федора Михайловича (хотя таланта этого нисколько не умаляю) и уже более четырех лет не читала ничего из его произведений, но и мне под влиянием Анны Достоевской захотелось взяться за чтение.
Известный факт, что Достоевскому часто приходилось создавать свои вещи почти что наспех. Он постоянно нуждался в деньгах, постоянно был вынужден брать авансы под будущие свои произведения, что позволяло навязывать ему жесткие сроки сдачи романа и низкие относительно других известных писателей «ставки» за авторский лист. Таким образом, у него часто не было возможности как следует отточить свое произведение: когда одни главы были уже напечатаны, другие готовились к печати, третьи еще только писались, а следующие могли быть и вовсе толком не продуманы. Достоевский не раз сокрушался, что допустил ошибку в начале романа и «загубил идею», но теперь уж не может вернуться и исправить, и приходится окончание писать, исходя из того, что есть.
Однажды в такой критической ситуации, когда новый роман («Игрок») нужно было сдать за месяц (что для написания серьезного произведения срок смехотворный), он и встретил своего доброго гения – говорю это без всяких кавычек – Анну Григорьевну Сниткину, которая фактически стала его ангелом-хранителем. Юная девушка, на двадцать с лишним лет моложе писателя, смогла стать надежной опорой: помогала ему в создании его книг в качестве стенографистки, была отдушиной и тем человеком, с которым всегда можно поговорить и поделиться мыслями, взяла в свои руки все хозяйственные заботы, оберегала мужа от насущных проблем, чтобы он мог заниматься творчеством, заботилась о его здоровье, решала вопросы с долгами, занималась издательством его книг и преуспела в этом. Это не говоря о том, что она родила ему четверых детей и просто-напросто подарила возможность иметь счастливую семью.
Федор Михайлович был человеком добрым и отзывчивым, но непрактичным. Кроме собственных долгов, после смерти брата он принял на себя его долги и заботу о его семье. Да, кроме прочего, верил на слово каждому, кто приходил и заявлял, что брат Ф.М. был ему должен, даже если этот каждый не предъявлял никаких документов. Достоевский по первому слову выдавал векселя, не допуская мысли, что его могут нагло обманывать, так что гора долгов только росла. Пасынок, вдова брата и другие родственники писателя тоже стремились что-нибудь урвать, причем будучи совершенно уверенными, что тот обязан их не только содержать, но выдавать деньги в ответ на любую просьбу. Так что Ф.М. всегда был по уши в долгах, постоянно остро нуждался в деньгах и, хотя осознавал ситуацию, но не был способен что-нибудь с ней сделать. Все это усугублялось его болезнью, когда сильные душевные волнения могли спровоцировать припадки.
И вот в эту-то обстановку пришла молодая жена, разумеется, враждебно встреченная толпой нахлебников: как же, «их» деньги теперь ведь будут уходить на семью, а им на что жить? Выросшей в любящей семье Ане, не знавшей до этого подобных денежных склок и не умевшей себя поставить, очень трудно было в первое время. Как у меня пригорало от ее воспоминаний, когда пасынок ее мужа приходил и требовал у нее денег. Она же только утром отнесла в залог свои вещи, чтобы иметь средства расплатиться с самыми насущными долгами и как-то прожить несколько дней. Пасынок же бросал: «А мне что за дело? Заложите еще что-нибудь». Хотелось настучать ему чем-нибудь по голове. Анна, однако, этого не делала, да и мужу никогда не жаловалась: не хотела его расстраивать. Трудно мне было смириться с такой ее позицией (кто, как не муж, в конце концов оказался в этой ситуации изначально?), но она предпочитала решать такие проблемы самостоятельно и со временем действительно научилась справляться: где жесткостью, где хитростью. Стоит только посмотреть, как ловко она спустя несколько лет обходилась с кредиторами! Ее муж никогда бы так не смог, потому она и не привлекала его к этим делам, и даже вовсе в них не посвящала. Интересно, осознавал ли он до конца все то, что она для него делала? Множество мелочей он, скорее всего, даже и не замечал. А в самом начале из-за наглой родни брак чуть не разрушился, едва начавшись, но Аня сумела сделать решительное усилие и выйти из ситуации победительницей (пусть даже пожертвовав собственным приданым).
Вся книга Анны Григорьевны дышит любовью к мужу, то был пример семьи, где супруги поистине друг к другу привязаны и не могут друг без друга обходиться. А ведь, если посмотреть беспристрастно, жизнь их была непростая: постоянное отсутствие денег, бытовые проблемы, борьба с долгами (которую Анна успешно окончила только много лет спустя), болезнь мужа, смерть двоих из четверых детей, в которых оба они души не чаяли... Да и в характере Ф.М. недостатков хватало. Помимо неспособности решать бытовые вопросы и всем известного пристрастия к рулетке (от которого ему, однако же, удалось избавиться после одного случая), он был временами раздражителен и капризен из-за своей болезни, да к тому же еще и патологически ревнив: стоило его жене оживленно разговориться в обществе молодых людей или рассмеяться в ответ на чью-то шутку, как он приходил в исступление и закатывал ей дикие сцены, в которых сам раскаивался, приходя в себя. Чтобы его не нервировать, она, молодая женщина, стала держать себя так, что ее со временем стали принимать за ровесницу ее мужа: одевалась чопорно, не смеялась и т.д. На выходки же мужа не озлоблялась, а умела подшучивать над ними и самому ему показать, до чего по-дурацки он себя ведет.
Однако же, Анна Достоевская на страницах своих воспоминаний неоднократно говорит, что 14 лет их брака были очень счастливыми. И я ей верю. Она очень любила своего мужа и детей, была всецело им предана и безмерно ими гордилась. Она поддерживала своего мужа в тяжелое время, не давая ему упасть духом, и делала все, чтобы он мог работать. Достоевскому, без сомнения, после всех пережитых им бед, ближе к концу жизни удивительно повезло встретить такую жену.
Это была по-настоящему талантливая, умная и энергичная женщина. Талант ее был иного рода, чем у ее «незабвенного мужа» (ее собственное выражение, неоднократно повторяемое в книге). Это был талант предпринимателя: человека, который, задумав новое дело, способен все изучить, продумать, организовать и добиться успеха. Умение во все вникнуть, принять решение, настоять на своем и не позволить обвести себя вокруг пальца. Именно она занималась издательством и продажей книг Достоевского вместо того, чтобы продавать права на их издание, как это делалось обычно, и с блеском осуществила это предприятие, ведя дела с типографиями и книгопродавцами (мы же помним, что женщина, занимающаяся делами – нонсенс!). После смерти мужа она собирала коллекцию рукописей, писем и других предметов, имеющих к нему отношение, и организовала музей, посвященный ему.
Притом она нигде в своих воспоминаниях не старается приписать себе лишние заслуги или изобразить себя умнее и образованнее, чем она была. Ее рассказ кажется настолько объективным, насколько это вообще возможно, когда говоришь о себе и своих близких.
Книгу прослушала с большим удовольствием и могла бы слушать и дальше, если бы она была длиннее. Она очень светлая, герои ее становятся тебе родными, ты вдруг начинаешь чувствовать, как оживают эти как бы абстрактные раньше люди, которых ты знал в виде имен и фамилий. Готова смело книгу порекомендовать.
Читать далее
93
2,7K
memory_cell4 ноября 2022 г.
Любовь. Смертельная болезнь
Она его за муки полюбила,
А он ее за состраданье к ним.
Наверное, я сейчас выгляжу злой.
Но я не верю!
Не верю и не знаю, любовью ли было то, что обрушилось на юную Анечку Сниткину.
Анна сочла большой удачей работать стенографисткой у знаменитого писателя. Постепенно она привязалась к человеку, который даже имя её долго не мог запомнить. Наверное, тут, помимо страданий и мук, была магия таланта. Чем ещё мог привлечь двадцатилетнюю девушку немолодой, некрасивый, нервный и болезненный мужчина?
Но они поженились и были вместе четырнадцать лет, Анна уверяет, что это были очень счастливые годы.
И снова не верю… Смерть двоих детей. Вечные долги и заклады имущества. Нервный, нередко злой и ожесточенный, жутко ревнивый и часто больной муж.
Не говорю уж о том, что современным языком называется игровой зависимостью. Кстати, Анна совершенно справедливо называет пристрастие Федора Михайловича к рулетке недугом, болезнью, а не пороком. Это чистая правда, но в случаях с подобными болезнями (игромания, алкоголизм, наркомания) правду эту принять безумно тяжело. Тем более, больной себя по большей части таковым вовсе не считает. Достоевский ведь так и остался при своей теории, что наличие достаточного количества средств непременно привело бы его к выигрышу.
Бедная «счастливая» Анечка… Сколько же она вытерпела! Только бы муж не расстроился, только бы не разозлился, только бы не сорвался, только бы не эпилептический припадок, только бы «не»… Нет несчастья в данную минуту – вот оно, счастье.
Жизнь, добровольно брошенная под ноги другому человеку.
Сегодня такую любовь назвали бы созависимостью. Таким же недугом, как и страсть к игре.
Воистину: любовь - смертельная болезнь.
Читать далее
83
897

Все рецензии

Цитаты

Lady_L20 января 2013 г.
А как бы выиграли в художественном отношении произведения моего мужа, если бы он не имел этих взятых на себя долгов и мог писать романы не спеша, просматривая и отделывая, прежде чем отдать их в печать. В литературе и обществе часто сравнивают произведения Достоевского с произведениями других талантливых писателей и упрекают Достоевского в чрезмерной сложности, запутанности и нагроможденности его романов, тогда как у других творения их отделаны, а у Тургенева, например, почти ювелирски отточены. И редко кому приходит в голову припомнить и взвесить те обстоятельства, при которых жили и работали другие писатели, и при которых жил и работал мой муж. Почти все они (Толстой, Тургенев, Гончаров) были люди здоровые и обеспеченные и имевшие полную возможность обдумывать и отделывать свои произведения. Федор же Михайлович страдал двумя тяжкими болезнями, был обременен большою семьею, долгами и занят тяжелыми мыслями о завтрашнем дне, о насущном хлебе. Была ли какая возможность при таких обстоятельствах отделывать свои произведения? Сколько раз случалось за последние четырнадцать лет его жизни, что две-три главы были уже напечатаны в журнале, четвертая набиралась в типографии, пятая шла по почте в "Русский вестник", а остальные были еще не написаны, а только задуманы. И как часто Федор Михайлович, прочитав уже напечатанную главу своего романа, вдруг ясно прозревал свою ошибку и приходил в отчаяние, сознавая, что испортил задуманную вещь.
Если б можно было вернуть, - говаривал он иногда, - если б можно было исправить! Теперь я вижу, в чем затруднение, вижу, почему мне не удается роман. Я, может быть, этой ошибкой вконец убил мою "идею".

И это была истинная скорбь, скорбь художника, увидевшего ясно, в чем он ошибался, и не имеющего возможности исправить ошибку. Да, к несчастию, никогда не представлялось ему такой возможности: нужны были деньги для житья, для уплаты долгов, а потому приходилось, несмотря на болезнь, иногда на другой день после припадка, работать, торопиться, еле просматривать рукопись, только чтобы она была отослана к сроку и за нее можно было бы поскорее получить деньги. И ни разу в жизни (за исключением его первой повести "Бедные люди") не пришлось Федору Михайловичу написать произведение не наспех, не торопясь, обдумав обстоятельно план романа и обсудив все его детали. Такого великого счастия судьба не послала Федору Михайловичу, а это всегда было его задушевной, хотя, увы, недостижимой мечтой!
Читать далее
16
1,5K
Delga2 сентября 2011 г.
Название романа "Бесы" послужило для приходивших покупать книгу поводом называть ее выдававшей книги девушке различными именами: то называли ее "вражьей силой", иной говорил: "Я за "чертями" пришел", другой: "Отпустите мне десяточек "дьяволов". Старушка-няня, слыша часто эти названия романа, даже жаловалась мне и уверяла, что с тех пор, как у нас завелась на квартире "нечистая сила" ("Бесы"), ее питомец (мой сын) стал беспокойнее днем и хуже спит по ночам.
13
1,4K
Lady_L21 января 2013 г.
Я ни прежде, ни потом не видела человека, который бы так умел, как мой муж, войти в миросозерцание детей и так их заинтересовать своею беседою. В эти часы Федор Михайлович сам становился ребенком.
11
1,1K