A Tale for the Time Being

Это то самое чувство, когда холодная рыба умирает у тебя в животе. Ты стараешься забыть об этом, но, только ты забываешь, рыба опять начинает трепыхаться у тебя под сердцем, напоминая, что произошло что-то совершенно ужасное.

По ощущению NOW был вроде большой рыбы, которая глотала маленькую, и мне хотелось поймать его и заставить прекратить это занятие. Я была всего лишь ребенком и думала, если смогу по-настоящему понять смысл большой рыбы NOW, у меня получится спасти маленькую рыбку Наоко, но слово вечно ускользало от меня.

Еще в привычку у меня вошло убивать время в маленьком храме по дороге, вдыхая благовония, слушая птиц и насекомых. Я не молилась Будде – тогда я считала, он вроде Бога, а в Бога я не верю, что неудивительно, учитывая, насколько жалкими были отцовские фигуры в моей жизни. Но старый Шака-сама не такой. Он никогда не притворялся чем-то бо́льшим, чем мудрый учитель, и теперь я совсем не против ему молиться – это все равно, что молиться старой Дзико.

Вся моя жизнь - это дремота. Мне необходимо проснуться.

Я просто глядела на нее и думала, блинблинблин, она же сделает так, что меня убьют.

"Я думала, может, если я притворюсь достаточно сильно, это может стать правдой..."

Каждый зовет варварством то, к чему он непривычен

Память у меня неплохая, но воспоминания - тоже существа временные, как вишневый цвет или листья гинкго; некоторое время они прекрасны, а потом увядают, и вот уже они мертвы.

Харуки №1 сражался с глубочайшими моральными и экзистенциальными проблемами, касающимися геноцида, войны и последствий собственной неизбежной смерти, а мы из-за пропаашего кота расстраиваемся? Как это вообще возможно?
Но это было возможно, и это было правдой.

Иногда, когда она рассказывала истории, глаза у нее слезились, переполненные воспоминаниями, но это были не слезы. Она не плакала. Это просто воспоминания просачивались наружу.

Эти образы, ничтожная доля в океане информации, постепенно устаревают, кружась, сталкиваясь и круша друг друга с каждым оборотом течения, разлагаясь на острые как бритва осколки и разноцветную крошку. Как пластиковые конфетти, они неизбежно попадают в неподвижный центр мусорного пятна, на свалке времени и истории. Память течения - все то,что мы позабыли.

Бенуа протянул ей стопку линованной бумаги; листы дрожали у него в руке.

• Le mal de vivre, - сказал он. - Вы спрашиваете, что это означает. Ответ - вот это. Зло, страдание, печаль. Как в мире может быть столько боли?

Не надо заниматься историческим ревизионизмом только для того, чтоб почувствовать себя нормальной

обо всех этих звуках, и запахах, и красках, и огнях, и рекламе, и людях, и модах, и газетных заголовках, которые составляют шумный океан Токио

Бумага у девчонки кончилась быстрее, чем слова.

Я просто глядела на нее и думала, блинблинблин

на экране телевизора — мир, которому только что стукнуло 2000.

Я подкрутила громкость и послушала пару треков из Ника Дрейка, которого мне дал папа и на которого я в то время начала всерьез подсаживаться. Песни у Ника Дрейка очень печальные. «Время сказало мне». «С днем покончено». Он тоже совершил самоубийство.

Философия, закон, литература, экономика — все принесено в жертву ради священного дела войны