Земля

Внешности уже не было, просто маска бесполого старика, которая не выражала ни покоя, ни вечного сна, а только тотальное отсутствие. Мне предстало не мертвое безгубое лицо, а гримаса с тайным умыслом: "Ушла и не вернусь".
И на это сливочного цвета холодное Ничто медленно опускались и не таяли снежинки.

Оглядываясь на кладбище, я потирал болезненный ушиб в области сердца.

Из туч неожиданная выглянула луна, но прибавила не света, а жути.

Из Москвы мы двинулись в Белгород, где отцу предложили учительскую должность в техникуме. И снова был поезд. Наше купе находилось в конце вагона. Отец давал какие-то наставления матери, а рядом, в тамбуре, пахнущем табачным перегаром, шумно харкало невидимое существо. Мне казалось, что это Москва так прощалась с нами, смачно плевала вслед...

Детская память – неумелый фотограф

Город Рыбнинск был очень живописным, словно декорация для фильма про девятнадцатый век. Отец как-то съязвил, что Рыбнинск - это архитектурный памятник на могиле русского купечества третьей гильдии.

Сквозь годы я слышу крошечный Лиды-Лизин голосок. Маленький человек, пятилетняя девочка, требует уважения к смерти и праху. Говорит спокойно, с таким достоинством.
Я не помню конкретных слов, но общий смысл был именно такой - уважение к мёртвому миру! Смерть не прощает кощунства, даже если оно творится на территории игрушечного кладбища! Вот что говорила Лида-Лиза - только простыми детскими словами.

Память о мертвом сильнее памяти о прошлом.

Человеку в принципе недоступен опыт личной биологической смерти. Смерть - либо будущее, неподвластное уму, либо свершившееся событие, не имеющее места, времени и смысла.