Цитаты из книги Такеші Ковач

Квинтэссенция власти состоит в том, чтобы быть скрытой от глаз.

А когда могущественные люди говорят об оправданных ценах, можно быть уверенным только в одном: платить будет кто-то другой.

Человеческий глаз является восхитительным оптическим прибором, если приложить небольшое усилие, он не увидит самую вопиющую несправедливость.

Если тебе не нравятся законы, отправляйся туда, где они тебя не достанут. После чего создай собственные законы.

Быть женщиной – испытание чувств, невыносимое для мужчины. Осязание, прикосновение значат гораздо больше, образуя канал связи с окружающим миром, который мужская плоть инстинктивно стремится наглухо закрыть. Для мужчины кожа – защитный барьер. Для женщины – орган общения.

Терпение – добродетель первосортных убийц; надо знать, когда делать ход, но надо быть готовым ждать.

Одно нужно понять сразу: Революция требует Жертв.

Ничто никогда не меняется. Сто пятьдесят световых лет от дома, а вокруг то же самое говно.
Видимо, это какая-то универсальная, мать её за ногу, константа.

Революционная политика. Всем приходится чем-то жертвовать.

Ну её к чертям, эту вашу жизнь после смерти.

Не стоит недооценивать энергию меркантильности.

Бо́льшая часть людей вдумываться не любит. Слишком велик труд.

Адвокаты акулами носились по холодному мраморному полу суда, решая единственную проблему: как провести четкую линию между войной (массовым убийством людей, одетых в мундиры чужой армии), оправданными потерями (массовым убийством собственных солдат, но сопровождающимся существенными выгодами) и преступной неосторожностью (массовым убийством собственных солдат, не приведшим к ощутимой пользе)

Мы все учимся бороться с воспоминаниями, продолжать жить с утратами и переживать только о том, что можем изменить.

У всех рано или поздно растаптывают мечты, да? И если при этом не больно, то что же это за второсортные мечты такие?

Кто-то громко кричал, но я уже не мог определить — доносится звук изнутри или снаружи. Способность воспринимать окружающее покидала меня в пронзительном свисте рассекаемого воздуха, и я больше не мог найти путь обратно в маленькое окошечко индивидуального восприятия.

Мне завидуют, меня ненавидят. Такова цена успеха.

Католики всегда находили общий язык с тиранией. Это у них в крови.

Всегда легче убивать и разрушать, чем созидать и обучать.

От мысли об убийстве я испытывал приятную щекотку внизу живота.