В рамках челленджа try a chapter начала The Gilded Ones by Namina Forna (релиз апреля 2021 и номинант Goodreads Choice Awards). Расстроилась. Начнем с того, что расстроилась потому что книга БАНАЛЬНЕЙШАЯ, настолько унылая и даже не вторичная, а тысячеричная, что диву даешься, как такое вообще бывает в наше время. Хотя логика проста: та же самая чушь про «нитаких», которой место в дешевом тяп-ляпаном фэнтези, но с черной гг, сразу шедевр.

И пары страниц не прошло, а у нас уже ритуал на проверку "чистоты" подростков и "не такая" главная героиня, которая чернее остальных, а потому с детства её считают вероятно неправильной, а за женитьбу на её матери отца вообще от семьи отлучили. Книга про непринимаемую черную девушку, как ж неожиданно, срочно номинировать. тут я тяжело вздохнула ... иии общество патриархальное, и женщины служат мужикам и вообще вторичны, господи, да как вы задолбали с этим уже. тут я закатила глаза И стоило героине выйти без сопровождения мужика, как её попытался раздеть гадкий мерзкий пришлый мужлан, ууу мужики, ууу оценка женщин как секс-объектов. тут я захотела швырнуть книгу в стену, но читала я с телефона, пришлось терпеть И чёрные вообще самые ненавидимые всеми народами. тут я захотела убивать И за то, что с бедной чёрной гг поговорил белый мальчик, самый красивый в этой деревне белых, белая стерва-блондинка будет гг третировать. тут я захотела умереть

В общем, мы не получили книгу с африканским колоритом, как могла бы обещать обложка. Мы получили обычное средневековье с монстрами и гонимыми бедолагами. А еще с крайне странными моментами.

"Вскоре появляется Агда, прижимая синий шарф к груди, где Старейшина Дуркас порезал её церемониальным клинком. Едва поднявшись на вершину лестницы, она стягивает шарф и поднимает его над головой, показывая пропитавшую его алую кровь. По толпе прокатывается ропот облегчения. Она чиста."

Знаете, для общества, которое так много значения придаёт цвету крови девочек, что аж в порождения сатаны неверных записывают, тестить цвет крови на СИНЕМ шарфе — просто фантасмагорическое решение.

Короче, в этом сеттинге у людей кровь красная, а у типа-демонов золотая. У гг оказалась золотая. Эти типа-монстры бессмертны, гг убили раз десять, а она аж голову назад себе прирастила. (Граждане, у нас фэнтези про Дедпула)

Общество в этом сеттинге придаёт такое огромное значение убийству "демонов", что аж отец из-за бессмертия гг вынужден умереть. Совершенно логично, что они, расчленив её пару раз, не догадались, например, РАСТАЩИТЬ КУСКИ ТЕЛА В РАЗНЫЕ МЕСТА РАЗ ОНИ СРАСТАЮТСЯ. Знаете, эта книга меня неимоверно бесит. Ну, то есть, да, они собирают золотую кровь ввиду её ценности, потому регенерирующая гг им выгодна, но не логичнее ли тогда просто кровь ей пускать иногда. Короче, у нас тут жестокость ради жестокости, похоже.

Итого, 11% и три главы, днф по правилам челленджа. Книга банальна до такой степени, что можно закатить глаза так далеко, что они упадут в череп и выкатятся изо рта. Можно было бы сказать, что с появлением ветки про демоническую золотую кровь, бессмертие "нечистых" и затравки на армию таких вот недодемонов при императоре книга завозит хоть какую-то оригинальность, но... на самом деле, это тоже уже было. Вкупе с совершенно издевательским "я бедная гонимая не такая" началом это становится просто невыносимым. Если бы мне сказали судить по этим 11%, я бы сказала, что номинации книга вообще не заслуживает. Но мы все всё понимаем, верно?..

Думаю, книга подсвечивает социальное неравенство: мужчины - это все, а женщины - это ничто. И созданы они только для того, чтобы прислуживать мужчинам. У меня знатно полыхало, пока читала.

Главная героиня Дека живет в Отере, деревне Ирфута. У нее обнаруживают проклятую золотую кровь, после чего ее забирают в лагерь. В нем каждой проклятой девушке в пару ставят уруни - парня воина. Теперь они должны вместе истреблять смертовизгов. В конце откроется типа интрига, но я подозревала, что так будет, когда героиня стала жалеть смертовизгов. Отера полна диковинных животных, таких как зарды, эквусы и прочие. Их очень много, ровно, как и незнакомой терминологии, начиная от названия одежды и заканчивая местностью.

Отера - мир мужчин, в котором женщина лишь дополнение. Женщина должна грациозно ходить, быть чистой, красивой и усладой для глаз и не только. Сидеть дома и не выходить на улицу без сопровождения мужчины. Потому что это дерзость, за которую полагаются плети. Безграничные Мудрости говорят о том, что женщинам следует делать. Они запрещают все, что не готовит девушку к замужеству и служению семье. Нельзя петь, плясать, бегать, слишком громко смеяться, одеваться определенным образом, пить, ездить верхом, учиться в школе, изучать ремесло, драться. Потому что такая жизнь счастливая и праведная. Так говорят Бесконечные Мудрости. Все женщины по достижению шестнадцати лет проходят Ритуал Чистоты, а после должны на улице носить маски, чтобы не оскорблять взор Ойомо (бог, в которого они верят). Так говорят Бесконечные мудрости. Ритуал Чистоты представляет собой общий сбор по деревне и кровопускание каждой девочки. Если ее кровь красная, значит все супер, а вот если золотая, то все плохо. (Как они вообще додумались проверять кровь?) Вообще, от всей этой ситуации попахивает нездоровой древностью. Да и само название ритуала - ритуал чистоты. Как в старину, когда девушек с месячными закрывали в отдельной избе, потому что они были нечистыми. От Золоченых веет примерно таким же вайбом.

С того момента, как девушке исполняется пятнадцать, и до самого Ритуала Чистоты ей запрещено брать в руки острые предметы. Так гласят Безграничные Мудрости, чтобы до Ритуала мы не пролили ни капли крови. Девочек, которые все же поранятся на шестнадцатом году жизни, уводят в храм для очищения, их семьи становятся изгоями, все их надежды на будущее замужество рушатся. Остается лишь уповать, что кожа должным образом исцелится, и Ритуал подтвердит их чистоту. Да и большинство мужчин просто-напросто не возьмут в жены девушку со шрамами, особенно такими.

Замечаю гладкие бронзовые зеркала и десять каменных раковин с кувшинами для воды и прочими принадлежностями, аккуратно расставленными по краю, и замедляю шаг, охваченная благоговением. В Ирфуте единственная раковина стояла в храме и пользоваться ею могли только мужчины.

Всю жизнь нас учили делать себя меньше, слабее мужчин. Так гласят Безграничные Мудрости: быть девушкой означает быть в вечном подчинении.

У Отеры лишь две проблемы: девушки с золотой кровью и смертовизги - человекоподобные существа, которые убивают криком. Таких как Дека называют алаки, то есть, никчемная, нежеланная. Алаки ничем не отличаются от обычных людей, только цветом крови и тем, что живут дольше. Все. Они неопасные, но в книге культ мужчин, значит алаки будут нечистыми шлюхами.

Другие девушки в рванье, с затуманенными глазами, шаркают рядом, медленно и скованно, словно из тела вырвали душу. Я узнаю этот взгляд, сгорбленную позу. Видела иногда среди храмовых дев старейшины Дуркаса. Их отличает то, что все сразу понимают: они больше не девы. Я в который раз благодарна за нашу Белорукую. Что бы с нами случилось, сопровождай нас мужчина? Содрогаюсь от мысли о цене, которую некоторые девушки уже заплатили, дабы заслужить отпущение грехов.

Отпущение грехов? Таким образом? Серьезно? Что за бред?

Алаки с золотой кровью - нечистые. Скверные демоны, проклятые, шлюхи, твари. В книге об этом так и говорится. Их убивают много раз, так как они способны восстанавливаться. Позор семье, у которой обнаружат девочку с золотой кровью. Их боятся, презирают. Но это распространяется только на оболочку девочки, а вот ее золотую кровь никто не боится и не презирает. Потому что они ее продают для позолоты украшений, я так понимаю. И носить такие украшения нормально, не грех, да? А также их насиловать - тоже не грех? Где логика?

Наверху лестницы появляется старейшина Дуркас, на его лице как всегда измученная, неодобрительная гримаса. Как и у большинства жрецов Ойомо, его долг – искоренять нечистоту и скверну.

Старейшина Дуркас, не обращая на меня внимания, поворачивается к мужчинам: – Кто очистит эту тварь, избавит нашу деревню от ее греха?

Пока ты корчишься тут в муках, старейшины продают твое золото всякому, кто больше заплатит, чтобы благородные кланы делали себе красивые безделушки. За счет твоих страданий они набивают кошельки, паразиты, что в буквальном смысле сосут твою кровь.

Чувствуете, да? Почти всю книгу я плевалась и без конца ругалась.

Старейшины выносят ведра, в глазах горит жажда наживы. Они собираются снова меня расчленить, разорвать на части, дабы собрать текущее в моих венах золото. С губ рвется крик, пронзительный, полный смятения, он смешивается с моими молитвами. Пожалуйста, прости меня. Я не хотела грешить. Я не знала о скверне в моей крови. Пожалуйста, прости.

А героиня страдает, молится и хочет стать снова чистой. Всю книгу набожная Дека думает, что она нечистая тварь, поэтому без конца приносит молитву богам и хочет вернуться в деревню, где ее убил ее отец, а потом и жрецы. Стремится туда, где ее ненавидят. Если ей очистят кровь, как обещала Белорукая (та, кто забрала Деку из деревни), то вряд ли жители сразу полезут к ней обниматься.

Снова накатывает облегчение, за ним по пятам – решимость. Я могу стать чистой. Я могу найти место, где меня примут, впервые стать частью чего-то. У меня может быть будущее – нормальная жизнь, нормальная смерть…

После Ритуала героиню везут в один из лагерей армии, а ее прошлое в деревне настолько неописанное и неподробное, что даже ее разлука с отцом выглядит фальшивой. Не то, чтобы проникнуться - вообще не успеваешь понять, что происходит.

С армией еще больше вопросов. Смертовизги накидываются на деревни, поэтому нужны воины, чтобы держать оборону. Логично было бы проклятых алаки выставлять, тем более они умирают не с первого раза. Чем не идеальное пушечное мясо? Но нет. Их убивают на Ритуалах. Как-то это нецелесообразно со стороны императора. Если учесть, что выкачивают их золотую кровь и не гнушаются продавать, могли бы и воинами их делать. Не вижу проблемы. Зачем жертвовать мужчинами, если есть девушки-алаки?

Я бросаюсь к Бритте и остальным, не заботясь о том, что новобранцы замирают, пораженные моей скоростью. - Нельзя ради них медлить! - заявляю я. - Пусть они не отстают! - Дека, - шепчет Бритта и смущенно бросает взгляд на оторопелых новобранцев. - Нельзя им тебя такой видеть, ну, в боевом состоянии и так далее. Это их напугает.

Бедные парни, они такие трепетные. Испугаются, как девушки быстро бегают.

- Меня терзали сомнения - нет, меня возмущала мысль об этом: как нечистые девушки скачут на битву.

Заявляет император. Возмущает его там что-то. Меня тоже возмущает тупизм ситуации.

От страха на лбу Баксо выступает пот, однако солдат упрямо пользуется моментом, чтобы подстегнуть собратьев. - Видели? Видели, что она заставляет это существо делать? - И снова поворачиваясь ко мне: - Вы, суки, думаете, мол, вы лучше нас, шепчитесь там между собой, косите дурным глазом. Вы - ничто, кучка уродливых отродий демонов, и я молюсь Ойомо, что смертовизги прикончат ваш род задолго до того, как мы вернемся из пустыни.

Ты лучше помолись, чтобы смертовизги умерли сами по себе. И тогда тебе не придется идти на верную смерть. После этой пылкой речи девушек снова обзывают мерзостями и шлюхами.

- Мы такие же солдаты, как и вы. Многие из вас погибнут на поле боя, как и вы. - Как вам и следует, - потешается Баксо. - Женщинам здесь не место, особенно вашему роду, и чем больше ваших сдохнет, тем скорее до вас это дойдет.

Обиженки какие.

- Не дайте им себя одурачить! Каждую неделю они выходят из этих ворот, облаченные в гнусные доспехи бесчестия! Они хотят нас извратить, сгноить Отеру до самого основания!

А это отряд героев едет убивать смертовизгов и защищать народ. Им вслед летят такие вот крики. Я просто оставлю это без комментариев. И самое забавное, что никто никого не хочет извращать.

Конечно, осталась масса вопросов. Как появились алаки, если по легенде Золоченые богини убивали людей и разрушали государства? Если алаки - их потомство, то логично предположить, что для этого нужен мужчина. Человек, которого они и истребляли. Как-то это нелогично.

И как же я могла проспать так долго? И почему? Все конечности жесткие, непослушные – новые – такие, какими они были всякий раз, когда я пробуждалась от золоченого сна.

На тот момент Дека не знала, кто она. В золоченый сон не впадала, не знала, что это. Однако в цитате утверждается, что она это делала и не раз.

- Чего вы, однако не знаете, так это то, что она не совсем такая как вы. Девчонки снова в замешательстве переглядываются, а у меня вот-вот сведет мышцы от напряжения. Мы, кто дал слово Белорукой, никому не рассказывали о моих способностях, и теперь, когда этот момент настал, я вся как на иголках. Станут ли они меня ненавидеть? Бояться?

Вообще не оправдывает себя, потому что алаки не ненавидят друг друга. Они все отверженные и оскорбленные. Тем более, Дека уже подружилась с девочками.

Как двигался сюжет в книге: обучение началось, а в следующей главе обучение закончилось. Открыли свитки, а потом закрыли свитки. Не успели появиться в лагере, как уже спустя две недели я стала сильная и офигенная. Время проходит, отряд становится жемчужиной армии, но нет битв, эпичных сражений и описаний. А что происходит в эти периоды? Непонятно. Если аннотация гласит, что из них сделали воинов, так покажите это. Покажите, как их тренировали, покажите процесс. Только временные скачки с результатом, что у героини все получается. Еще факт: по книге прошло 7 месяцев, но каких-то действительно полезных и интересных событий не произошло.

Вытаскивая одну из приколотых сбоку моего одеяния булавок и вонзаю себе в ладонь. Острая боль обжигает, но я даже не морщусь. Проведенные здесь две недели сделали меня жестче, закалили кожу.

Я бы почитала, что произошло за эти две недели и что именно так закалило нашу героиню. Где подробности?

Атмосфера книги тоже не ахти. Когда героини попали в лагерь, их настращали поркой, суровостью и дисциплиной. Вскоре не стало и этого. Все стало милым и пушистым. Но они алаки, и отношение персонала не поменялось. Просто автор перевела внимание на другую локацию, но не сохранила атмосферу предыдущей, поэтому вышло недостоверно. За всю книгу у героини была лишь одна битва с другой девушкой, причем реализация оставляет желать лучшего. Также имеется несколько битв со смертовизгами по типу пришел, увидел, победил.

Дека находит существо, которое умеет менять форму, поэтому все удивляются. Да, в мире единорогов и людей-коней это очень удивительно, ага. Любовная линия ужасна. Лучше бы вообще ее убрали или оставили неприметной. Кейта - уруни Деки, почему-то влюбляется в нее. Его упоминали в книге всего несколько раз, а уж с героиней они почти не взаимодействовали. Но зато их любовь начала заполнять слишком много места в финале. А Дека, как и все героини жанра, заливается краской при его любой шутке. Ух уж этот жар и румянец. Еще один косяк - Белорукая приводит отряд алаки к императору, который сидит в тронном зале вместе с придворными, где все ждут зрелища. Но император сразу же отправляет всех прочь. А зачем, собственно, тогда надо было собирать народ?

В книге намешали и золоченых, и почти бессмертных алаки, и смертовизгов, и Иксу - питомца Деки и ндоли - боевое состояние, в которое впадают алаки. То бишь, они просто быстро бегают. Словосочетание боевое состояние годно для эпичных битв и тем сражений, но не для Золоченых. Здесь это выглядело странно. Вся эта мешанина не связана между собой и не выглядит гармонично. Эпопея со смертовизгами и Золочеными богинями вообще без качественных обоснуев. Некоторые несостыковки объясняются в конце, но пока до них дойдешь, изойдешь пеной.

По языку тоже посредственно. Напоминает Лию Арден, над которой хочется плакать. Это когда автор якает героиней, затем из текста убирают я, но сами предложения остаются.

Итог: это было никак. Давно мне не попадалась такая ерунда. Давно я не писала рецензий-простыней. Идея вроде неплохая, но исполнения отвратительное. Герои серединка на половинку.

В рецензии будут упоминаться клише жанра. Возможно, для кого-то они спойлер.

Мир «Золочёных» встречает читателей неравноправием, основанным на половой принадлежности: мужчина — человек, женщина — обслуга для мужчины и семьи. Эта традиция закреплена религиозным писанием, в которое верит главная героиня Дека.

Из аннотации книги можно сделать вывод, что взгляд на положение женщины у героини либо сразу иной, либо будет меняться. И вот тут находится первый скорее плюс книги: не имея примеров женщин-вне-семьи, у героини отсутствует мысль, что может быть иначе. Поэтому получается верить, что Дека часть своего мира. Кроме того, тема с верой героини в Ойомо не исчезает в момент, когда выясняется, что у неё проклятая кровь — в мышление героини получается верить.

А вот в мир вне гендерного неравенства, подкреплённого религией, верить получается меньше. Первый вопрос: почему золото ценно, если в мире есть бессмертные источники металла? Есть и менее глобальные вопросы, портящие мир, который, если не читать вдумчиво, в целом-то даёт неплохой фон. Второе — жестокость. Начиная от зверств, которым подверглась главная героиня (кстати, они не прошли для неё даром) и теми, кто, упиваясь своим всевластием над ней, это творил; продолжая наказанием в лагере подготовки (ассоциации приходят из-за культурного контекста не те, что помогут книге) и тем, как все стараются не обращать на наказание внимание (быть глухими и слепыми к нему); заканчивая самым глобальным: «Презренны девы, кто покрыт <...> шрамами...» — так написано в религиозном писании, но чтобы дева подтвердила, что её кровь не проклятое золото, её режут. В последнем можно подумать, что их режут так, что не останется шрама, но учитывая, что девушкам запрещается брать в руки режущие предметы, чтобы не порезаться, я всё же предположу, что заживают мелкие порезы так себе, а уж порез, которым проверяют девушек и который должен дать достаточно крови, чтобы проверяемая могла показать пятно крови на ткани, оставит шрам.

Заканчивая говорить о жестокости в книге, скажу, что большая её часть сосредоточена в отношениях мужчина-женщина и наставница-ученица, а не в сценах с чудовищами. Тема того, что сами женщины-вне-семьи не знают, как строить отношения с другими женщинами-вне-семьи, ещё и с проклятой кровью, — не забываем, сами наставницы выросли в мире определённого отношения к женщинам — показана правдоподобно.

Немного поговорю на тему сестринства и персонажек. Героинь немало, у основных достаточно времени, чтобы запомниться и различаться на страницах книги. Они входят не только в группу учениц, но и в группу старших учениц и наставниц. Они взаимодействуют: учатся и учат, говорят о своих успехах, травмах, подбадривают и поддерживают друг друга. Так что сестринство, которое упоминается на задней части обложки, упоминается оправдано.

Главная героиня отходит от своей набожности плавно, цепляясь на неё поначалу. Сам переход от «обслуга» к «я что-то могу» приходится на таймскип в книге, но информации до него и после даётся более-менее достаточно, чтобы поверить в его возможность.

У Деки есть особенность, которая отличает её от других особенных. Это жанровое клише, но интересно, как героиня осознавала и принимала свою особенность. Она мало того, что отличается от других людей (имеет проклятую кровь), так ещё она отличается среди тех, кто тоже имеет проклятую кровь. Раз столкнувшись с жестокостью из-за своего отличия, она ожидает повторения при тех же вводных. Это трогательно и ужасно одновременно.

Не обошли книгу стороной и мужские персонажи. И вот тут мне не хватило их раскрытия: героини у нас презренны, согласно религиозному писанию, парни выросли с этими установками, но они со временем меняют своё отношение к героиням. Не могу сказать, что для этого нет поводов и сцен, но как-то слабо верится. Стоило доработать.

Раз уж я перешла опять к минусам книги, упомяну главный — сюжет. Предсказуемый. А под конец в нём появляется доля наивности. Ещё есть проблемы с редактурой.

Закончу цитатой из финальных глав книги. Если вы уловите процесс, который за ней скрывается, то книга вас вряд ли тотально разочарует (если перечисленные выше минусы вас не отпугнули). СПОЙЛЕР

Я продолжаю разглядывать резьбу, богинь, что восседают на величественных тронах, ласково взирают сверху вниз на крошечных людей. Их окружают алаки и джату, они выделяются на фоне простого люда и жрецов. А среди этих жрецов есть ещё кое-кто, о ком я никогда раньше не думала. Даже представить не могла. Жрицы. Колонна за колонной я вижу женщин, которые являют собой — то, о чём я и не мечтала: они жрицы, старейшины, писцы, всё то, что отведено мужчинам. И когда я осознаю, насколько же глубоко отравлен мой разум, если я так этим потрясена, внутри меня нарастает гнев.