Цитаты из книги Империя света

Но как сказал Поль Бурже, мы должны жить так, как мы думаем, иначе рано или поздно закончится тем, что будем думать так, как жили.

Не будь рыбой, будь лягушкой. Лягушки в воде плавают, а попадут на сушу - скачут. Ты меня понял?

- Это же про Великий поход Мо Тхэктона?

- Правильнее говорить "Мао Дзэдун".

- Один черт.

Люди приходили сюда смотреть старые фильмы, и им не было дела друг до друга. То была странная напускная невозмутимость капиталистических обывателей. Чтобы никто не узнал в них обывателей, они вынуждены пускать пыль в глаза, прикрываясь холодным бесстрастием. Без этого холодка и сарказма вся их обывательская сущность была бы видна насквозь, как при ярком солнце.

Ну вот, например, когда играешь в падук... ты же знаешь, я раньше играла, - Хенми, глядя в пол, задумчиво шевелила пальцами ног. - Так вот, там гораздо важнее пустые пункты. Их называют точками свободы, то есть они ничем не заняты. И если у тебя на доске много свободы, то есть много пустых пунктов, ты выигрываешь. И вот я думаю, что и в игре в падук, и у человека в жизни то, чего не видно, может быть важнее того, что видно...

Иногда встречаются такие люди, при взгляде на которых внутри тебя моментально просыпается инстинктивная осторожность, и ты говоришь себе: "Вот так я жить не хочу".

Если вам любопытно, как выглядит женщина с абсолютно бесстрастным лицом, попробуйте застать ее во время утреннего туалета. Когда женщины сушат волосы или наносят макияж, их лица не выражают ни одной эмоции.

Мы все пришли в этот театр под названием "Земля" с одинаковыми билетами в руках. И раз уж на то пошло, нет ничего странного в том, что я хочу увидеть как можно больше, перед тем как навсегда покину зрительный зал.

Я считаю, что самая важная задача любого родителя в том, чтобы подарить ребенку как можно больше красивых воспоминаний. А я так и не смог сделать этого для Хенми. Отец из меня, наверное, никудышный. Но еще важнее, я думаю, не допустить, чтобы у твоего ребенка по твоей вине остались кошмарные воспоминания.

Гражданская этика, которая ставит во главу всего государство и общество, была ему знакома. Достаточно было заменить слова "партия" и "Вождь" на "государство" и "нация". Этика Юга и Севера, подобно принцу и нищему Марка Твена, были настолько похожи, что при встрече сразу увидели друг в друге себя.

Рафинированные обитатели Апкучжона не обращали внимания на босоногую девушку. Мари поражали невозмутимость и напускное безразличие большого города. Если бы девушка с босыми ногами шла, прихрамывая, по Чхунчжанро в Кванчжу, то кто-нибудь давно бы уже взял ее к себе на спину или посадил в такси до дому. Но здесь никто на нее даже не смотрел.

В большинстве случаев нужная информация - это вовсе не то, что спрятано в стальном сейфе за семью замками под присмотром инфракрасных датчиков. Любое слово, вылетевшее из человеческих уст, любой случайный отрывок написанного текста может оказаться решающим звеном. Поэтому для разведчика в первую очередь важно не искусство маскировки или умение проникать в тыл врага, а обостренное чутье, способность в этом множестве ничего не стоящих обыденных слов распознавать крупицы ценной информации.

- Ты не про рассказ Енама говоришь? 

Про одного слепца, который вдруг прозрел. Он идет в город, но тут же теряется там и плачется людям вокруг, говорит, что совсем заблудился, и просит, чтобы кто-нибудь отвел его домой. Тогда какой-то прохожий советует ему: "А ты снова закрой глаза".

После встречи с людьми, которых не видел долгое время, на душе всегда становится грустно, потому что все мы стареем, бережно храня в себе собственный образ в молодости.

Юноша, постарев, превращается не в старика, а в старого юношу, и девушка точно так же становится не старухой, а старой девушкой.

Он вдруг осознал, что из мира, наполненного книгами, ему предстоит отправиться в мир, который окружен стенами.