Цитаты из книги Три товарища

"Упорство и прилежание лучше, чем беспутсво и гений..."

Луна уже выбралась из-за фабричных крыш. Она становилась всё ярче и, как большой желтый фонарь, висела теперь на ветвях сливы. А ветви тихо раскачивались, колеблемые легким ветерком .

Луна висела над домами, как большая белая лампа.

На всём лежала печать неправдоподобного, ничем не смущаемого покоя, и ясно чувствовалось, что природе глубоко безразлично, чем занят на свете злобный муравейник, именуемый человечеством.

Ходячая коллекция марок, и ничего больше. Счастливейший человек.

Ненавижу людей, вяло сующих свою ладошку, как дохлую рыбу.

Человек чувствует себя виноватым перед ближним — вот и вся почтительность. Хочет оправдаться за то, что причинил или хотел причинить покойнику при его жизни... Почтительность! Человек вспоминает о скудном запасце своих добродетелей тогда, когда уже поздно. И приходит в умиление, думая о том, каким он мог быть благородным, и считает себя воплощенной порядочностью.

Живемо ілюзіями з минулого та в кредит на майбутнє.

Чим менше знаєш, тим легше жити. Знання – це воля, але це й нещастя.

В житті перемагає тільки дурень, а розумний бачить усілякі перешкоди, і поки ще до діла, а він уже вагається.

Народитися дурним не ганьба. А от умерти дурнем - сором.

Бо для кохання потрібна хоч якась наївність. А ти її маєш. Бережи її. Це - дар божий. Втративши, ніколи вже її не набудеш.

"Вам добре, ви собі сам-один", - каже Гассе. Що ж, це справді так, хто був сам-один, того ніхто не міг покинути.

Скромність і сумлінність винагороджується лише в романах. А в житті їх використовують і відкидають геть.

Коли п'єш, то надто швидко сходишся з людьми, але між вечором і ранком така відстань, наче минули цілі роки.

Ленц выхватил у меня чек: – Это невозможно! Чек наверняка останется неоплаченным! – Господин Ленц, – сказал я с достоинством. – Этот чек столь же надежен, сколь ненадежны вы!

- Ты что - научился поворачивать направо и налево? До сих пор мне казалось, что ты можешь ехать только прямо, да и то, если кто-то ведет машину вместо тебя.

Эта дама не назвала себя? – Не-ет, – сказала Фрида. – А какой у нее голос? Немного глуховатый, низкий, и кажется, будто она слегка охрипла, не так ли? – Не помню, – заявила Фрида так равнодушно, словно я и не давал ей марки. – Какое у вас красивое колечко, право прелестное, – сказал я. – Ну подумайте получше, может быть все-таки припомните? – Нет, – ответила Фрида, так и сияя от злорадства. – Ну так пойди и повесся, чертова метелка! – прошипел я и ушел, не оборачиваясь.

© Фердинанд Грау

© Роберт Локамп