
Мир сожжён и прах его развеян по ветру. Нет больше государств, средств связи, нет электричества, нет зверей и птиц, нет практически никаких цветов, кроме серого и всех его, как бы это двусмысленно не звучало, оттенков. В пепел обратились мечты, планы на будущее, кредиты, социальные связи, имена и самые неприкосновенные табу. Пространство, сжатое современным транспортом до привычного "в любую точку планеты при желании можно добраться меньше, чем за сутки" непоправимо развернулось и снова измеряется шагами. И если нет больше в космосе других населённых планет, то горстка людей, оставшихся после катастрофы - это последние живые существа во вселенной.
"Кто виноват" узнать не удасться уже никому и никогда, а вот "Что делать" нужно думать уже сейчас, сию минуту. Кто-то отдасться во власть примитивнейших инстинктов, и станет убивать и поедать себеподобных. Кто-то обратиться к жестоким ритуалам жертвоприношений. Кто-то попытается выжить, но по возможности сохранить человечность. Кто-то покончит с собой, не выдержав жизни в огромном планетарном склепе, продуваемом ледяными ветрами, несущими пепел и искорёженные обломки социума. В мире, в котором если ты не охотник за человечиной, то непременно потенциальная добыча, в мире, где не может быть дома, нет искусства и надежды. Я почти уверена, что принадлежала бы именно к этой категории самоубийц и никакое это не самопожертвование, а эгоизм в чистом виде.
Главные герои - две искорки, затерянные на грандиозном пепелище. Мы не знаем их имён, имена в этой выжженной пустыне не имеют смысла. У отца есть сын, а у мальчика - папа, смысл имеет только эта связь. Она же придаёт мрачному, тяжёлому роману сентиментальную окраску.
Эту книгу я прочла сразу после "Козла отпущения" Рене Жирара. Можно считать её художественной иллюстрацией жираровской теории коллективного насилия. Как будто человечество, пережив конец мира, и стоя на пороге гибели в постапокалиптическом насилии повторяет насилие доисторическое. А в том, что человечество погибнет, я не сомневаюсь, не смотря на открытый финал, уж слишком тяжело ранила катастрофа земную биосферу, тем трогательнее на фоне этой долгой планетарной агонии выглядит огонь, который бережно несут мужчина и его маленький мальчик.










