Казки про силу

У тебя совсем нет времени, и в то же время ты окружен вечностью.

Пять условий для одинокой птицы: первое – до высшей точки она долетает, второе – по компании она не страдает, даже таких же птиц, как она, третье – клюв ее направлен в небо, четвертое – нет у нее окраски определенной, и пятое – поет она очень тихо
(Сан Хуан де ля Крус «Разговоры о свете и любви»)

Ты бы удивился тому, насколько хорошо можно действовать, когда тебя припрут к стене.

Если в чем-нибудь можно добиться успеха, то успех должен приходить легко, с небольшим количеством усилий, но без стресса или навязчивых идей.

Обычный человек ищет признания в глазах окружающих, называя это уверенностью в себе. Воин ищет безупречности в собственных глазах и называет это смирением.

Вещи являются реальными только после того, как научишься соглашаться с их реальностью.

- Не трать свою силу на мелочи, - сказал он, - когда имеешь дело с бесконечностью.

...смирение воина не является смирением нищего. Воин ни перед кем не опускает головы, но в то же время он не позволит никому опускать свою голову перед ним. Нищий, напротив, уже при падении шляпы падает на колени и метет пол перед любым, кого считает выше себя. Но в то же время он требует, чтобы кто-то, находящийся ниже его, мел пол перед ним.

— Значит, существует объяснение магов?
— Конечно. Маги тоже люди. Мы — создания мысли. Мы ищем разъяснений.
— А я-то был уверен, что поиск объяснений — это и есть мой главный недостаток.
— Нет. Твой недостаток в поиске подходящих объяснений, которые вписывались бы в твой мир.

Я понял, что остановка внутреннего диалога – это не просто урезание слов, произносимых самому себе. Весь процесс моего мышления остановился, и я ощутил себя как бы взвешенным, парящим.

В этом слабая сторона слов. Они всегда заставляют нас чувствовать себя просвещёнными, но когда мы оборачиваемся, чтобы посмотреть на мир, то они всегда предают нас, и мы заканчиваем тем, что смотрим на мир так же, как всегда это делали, без всякого просветления.

Ты такой, какой ты есть, потому что ты говоришь это себе.

Видишь ли, воин рассматривает себя как бы уже мертвым, поэтому ему нечего терять. Самое худшее с ним уже случилось, поэтому он ясен и спокоен.

— Твоя беда, Карлитос, — сказал он, после того, как сел, — состоит в том, что ты гений.

Оба смеялись как два ребенка, празднующих шалость.

— Сорок восемь — это наше число, — сказал он. Именно оно делает нас людьми. Я не знаю, почему. Не трать свою силу на идиотские вопросы.

...врожденное чувство счастья...

... я просто гений в том, как я себя дурачу.

... смирение воина и смирение нищего — невероятно разные вещи.