Цитаты из книги Troubled Blood

— Женщинам Полворт обычно не нравится. — Мне казалось, он женат. — Женат. Он и своей жене не нравится.

Женщины хотят зарабатывать своим телом – это наглядная иллюстрация расширения возможностей женской самореализации

Всем охота получить единственное, самое простое решение. "Один удивительный способ способ избавиться от жира на животе". Я никогда не щелкал мышью на этом заголовке, но осознаю соблазн.

...жизнь меня научила, что всегда может быть еще хуже, чем оно есть.

— Если вкратце, то все мы стремимся отнести друг друга и самих себя к какой-либо социальной группе, но при этом склонны преувеличивать сходство между членами одной и той же группы и преуменьшать сходство между своими и чужими.

Сейчас за давностью лет никто не обязан рассказывать нам правду, если даже сумеет вспомнить. К тому же люди всегда держатся за старые, привычные версии, вроде эпизода с Глорией и таблеткой в кружке Бреннера, каждому хочется подчеркнуть свою значимость и мнимую осведомленность, а потому… в общем, я начинаю думать, что мы поставили перед собой недосягаемую цель.

Если внимательно присмотреться, — ответил Страйк, — можно увидеть астероид, пролетающий через дом туфты.

Вот что значат издержки многолетней дружбы, правда? Старинные подруги слишком много знают.

«Даже самые умные могут быть предельно глупы в том, что касается их интимной жизни, – заметила она. – В действительности мне иногда кажется, что чем умнее ты по книжной части, тем глупее в отношении секса»

Никто не застрахован от ошибок.

За последние несколько лет Робин поняла, какое это таинственное существо - человек, даже для тех, которые мнят, будто знают его как облупленного.

Все попытки помириться с Шарлоттой, пока не иссякла последняя унция ее ярости, были равносильны ремонту дома во время землетрясения.

Нести груз и делать что-нибудь руками можно только тогда, когда груз увязан на спину — а это женитьба.

Да, как нести груз и делать что-нибудь руками можно только тогда, когда груз увязан на спину.

Нельзя, ë-мое, бороться с национализмом при помощи ещё большего национализма.

Но жизнь меня научила, что всегда может быть еще хуже, чем оно есть. Я думал, моя жизнь кончена, однако потом в палату привезли на каталке парня, у которого оторвало обе ноги и гениталии.

“We’re all animals, when you take everything else away.

Они представлялись Страйку фрагментами двух совершенно разных пазлов: ни одной общей точки.

Я стараюсь не озвучивать того, что к тебе испытываю, поскольку знаю, что это чересчур, а я не хочу попадать в плен к тому, что идёт в кильватере любви. Я хочу быть одиноким, необремененным и свободным. 

Но я не хочу, чтобы ты была с кем-то другим. Мне нравится думать, что у нас, возможно, есть шанс, не исключено...