Местное время: полдень. Практико-мифологическое пособие по использованию Калининграда для его жителей и гостей

Гулять с этой книжкой по Калининграду – большое утешение.

Если сам город вас, как и меня, не особо вдохновил, "Местное время..." – настоящий подарок. Интересно увидеть Калининград глазами действительно влюбленного человека, к тому же местного жителя.

Фантазия у автора очень заразительная: Попадин населил город множеством разнородных персонажей, у каждого из них свои странности и второе, тройное дно. Если уж появились по всему Калининграду миниатюрные фигурки хомлинов, памятник Конраду Карловичу, по-моему, – тоже всего лишь дело времени:)

Книжка, разумеется, в высшей степени сумбурна, но, как мне кажется, во многом это созвучно месту действия – Калининграду-Кенигсбергу, перекрестку прусской мифологии и советского наследства, населенному незлыми сумасшедшими и задушевными контрабандистами, где все явное – лишь тень ореха Кракатук, а призрачное куда реальнее и опаснее материального. Сюжета искать не стоит, нужно просто плыть по течению, читать по чуть-чуть и наблюдать, как расходятся кругами по воде мысли автора.

Летними тёплыми вечерами нужно спуститься по одному из них и опустить руку в неспешный поток. Подержав ладонь раскрытой и помолчав, ты ощутишь, как сквозь растопыренную пятерню струится вчерашний и нынешний день, скользят листья кувшинок, мальки русалок, водоросли, горелые спички, ненаписанные письма, некрикнутые проклятия, невысказанные прощения, обрывки чужих разговоров, которые так легко посчитать важнее собственных; весь тот сор, что несёт река с верховий в сторону моря, – и не спеши вынимать руку.

Раз в десять лет калининградский писатель Александр Попадин пишет новый "прогулочник" - книгу о городе, его жителях, культурно-мифологическом ландшафте и многоликих "гениях места". А я, стало быть, каждые десять лет читаю новую книгу.

Он долгое время прикидывался «краелюбом» (это слово он выдумал, чтобы не путали с краеведами) и писал тексты, которые поначалу легко было принять за краеведческие, если бы не стиль — залихватский, очень узнаваемый и прозрачный, — и если бы не язык, в котором архаика сплетается с сегодняшним днём и пляшет канкан, раз от разу доказывая, что у языковой игры нет правил и границ.

Надо отдать Попадину должное - он давно уже не пользуется исхоженными тропами краеведов, гидов и аксакалов, предпочитая прокладывать свои собственные. Каждая его книга - и есть такая тропка, уводящая всё дальше и дальше в глубины калининградского фольклора и пост-фольклора. Но есть одно "но". На этих тропах Попадин - царь и бог, и всякий шаг читателя - словно шаг на игровой доске. А игра ведется по его, автора, правилам.

Но это всё было до третьего “Местного времени…”; прежде, - и вот теперь Александр Попадин в своём “Полдне…” пошёл дальше, ещё дальше.

Да, в третьем "прогулочнике" всё не то, чем кажется. Городское пространство причудливо вытягивается, искажаясь во всех пространственных и временных сетках координат. В этом зазеркалье трудно узнать город вокруг. Это не открыточный Калининград буклетов и путеводителей, и даже не свойский Калининград старожилов и "местных". Нет, это уже постмодернистский, сугубо личный Калининград Александра Попадина.

Брожение меж бытописательством и фантасмагорией требует инструмента невиданного, особого. Сюжетов и персонажей особого типа. Александр Попадин решает эту задачу легко, опираясь на исторический материал и раз за разом превращая поместный ландшафт в шкатулку, из которой он щедрою рукою достаёт рубины и алмазы, жемчуга и волшебные лампы.

Дорожки Попадина посыпаны кирпичным песком, толчёным жемчугом, янтарной крошкой и прочими алхимическими субстанциями. Сделаешь шаг по такой, и оптика моментально сменится: вот ты читал бытописательские очерки или ностальгическую зарисовку из прошлого, как вдруг - щёлк! - на новой странице обнаруживаешь уже (псевдо)историческое эссе, романтическую фантазию, околополитический памфлет, притчу, сказку... Собранные под одной обложкой, они порождают эффект фантасмагорического калейдоскопа, вытерпеть пестроту которого, боюсь, не всякому читателю под силу.

Лишь самый упорный сможет добраться, не запыхавшись, до вершины Мёртвой Башни, которая видна с каждой страницы книги Попадина. А что он увидит на её вершине? Думаю, тут не может быть двух одинаковых ответов. У каждого будет время поразмышлять об этом до выхода следующего "прогулочкника".