Emma

Так всегда бывает рара: одна половина мира не понимает того, в чем находит удовольствия вторая.

Он никогда не бывал несчастлив: от этого, даже во времена первого брака, его уберегал склад характера, однако теперь, во втором браке, ему предстояло изведать, сколь усладительно общество женщины благомыслящей, не поддельно добросердечной, обрести приятнейшее свидетельство тому, насколько лучше, когда вы выбираете, а не вас выбирают; когда вы не испытываете чувство благодарности, а сами внушаете его другим.

ежели женщина сомневается, принять ли ей предложение, ей следует, конечно же, ответить отказом. Коль скоро она не решается сказать "да", ей следует напрямик сказать "нет".

Едва лишь рукопожатие, и притом самое сердечное, состоялось, как появился Джон Найтли и последовали скупые, в истинно английском духе: «Здравствуй, Джордж» и «Джон, как поживаешь», скрывающие под видимой невозмутимостью, едва ли не равнодушием, глубокую привязанность, которая в случае надобности побудила бы каждого из них сделать ради другого все на свете.

Как всем нам известно, обсуждать человека за глаза - одно дело, беседовать с ним лично - совсем другое. В общении между собой мы все ощущаем влияние чего-то выходящего за границы простой учтивости, чего-то, что усвоено нами раньше. Говоря с человеком, мы не позволим себе тех неприятных намеков, которыми, вероятно, сыпали часом раньше.

Дамы обменялись взглядами, которые, вероятно, означали: "Мужчины никогда не видят, где чисто, где грязно", а джентельмены, быть может, подумали каждый про себя: "Вечно женщины что-нибудь выдумывают и тревожатся понапрасну".

Тщеславие, не подкреплённое умом, выходит для его обладательницы боком.

Её никогда не хватало на занятия, требующие усилий и терпения; она предпочитает не трудиться, а быть занятой.

"Раздосадованная их нерасторопностью, Эмма, пожалуй, и не жалела о том, что время не позволяет ей опекать их, как прежде, ибо есть люди, которые тем меньше делают сами, чем больше делается для них"

- Я не стану бранить вас- предоставлю это вам самой.

Эмма видела, что галантность молодого человека отдает своенравием, что, дабы не лишить себя удовольствия танцевать с нею, он готов упорствовать вопреки доводам рассудка, но предпочла усмотреть в этом комплимент и закрыть глаза на остальное. Если бы она допускала, что может когда-нибудь выйти за него замуж, тогда, пожалуй, на этой подробности стоило бы задержать внимание, попытаться оценить такого рода готовность и понять свойства его характера; но как простой знакомый он ей казался очень мил.

... она предпочитает не трудиться, а быть занятой.

If I loved you less, I might be able to speak about it more.

Она желала ему здравствовать и процветать, но видеться с ним было сущее наказанье; куда бы лучше было знать, что он благоденствует миль где-нибудь за двадцать.

Разоблачение человеческого сердца редко, очень редко обнажает ничем не замутнённую истину: почти всегда она бывает частично сокрыта или не совсем верно понята

Что еще терпимо в человеке, пока он молод, с годами становиться невыносимым.