Изумительная по своей силе документальная книга очерков Мамина-Сибиряка, как свидетельство жизни северного и среднего Урала второй половины 19 века, может стать настоящим подспорьем всем, кто не только интересуется природой тех мест, но и особенностями жизни простого люда. Можно выстроить несколько векторов книги, но они, в итоге, как притоки, вливаются в единую картину. Тем она и ценна, что документальна, что описана подробно самим писателем, побывавшем в тех местах и прошедшем вместе со всеми на барке сплав по Чусовой. Начинать рассказ об этой книге надо, конечно с географии.
Чусовая - это самая большая и капризная река всего уральского региона. Имея исток в Большом Чусовском озере, что в Челябинской области, она, пересекая Уральский хребет, течёт по гористой местности Свердловской области и Пермского края, впадая в Каму. Та, в свою очередь, впадает в Волгу, а Волга, как известно всем, впадает в Каспийское море. очерки этого путешествия затрагивают сплав от устья реки Каменки, что впадает в Чусовую до Перми. Большую часть этого пути река несудоходна. Лишь ранней весной, когда тающие снега поднимают уровень воды, можно сплавляться по ней. Но, сплав по Чусовой - это очень опасное занятие. Дело в том, что река ведь горная, каменистая, течёт изгибаясь многократно, да и уровень падения достаточно высок в отличии от равнинных рек. Потому и ценятся опытные сплавщики, умеющие неповоротливую и тяжёлую барку отвести от неминуемой гибели. В верхнем течении реки стоят утёсы каменные в самых сложных местах, где река делает резкие повороты, их и называют "БОЙЦЫ" - уж больно много бьются об них лодки и барки. В нижнем же течении, что более равнинно, что уже ближе к Перми, другая беда для сплавщиков - отмели, которое все каждый год надо проходить по-разному в зависимости и от уровня воды в реке, и от силы течения. Потому и тяжела работа бурлаков, потому и есть увечные, есть утопленники.
Но, кто же захочет добровольно идти на сплав? Много, много людей с разных мест, как местные уральские, так и вятичи, башкиры приходят ещё когда река во льду на пристань Каменку. Ужасная нищета гонит их их своих сёл сюда за хоть каким-то заработком. Не все проходят сплав, многие мрут ещё в дороге, многие заболевают в ожидании на берегу, многие заболевают тифом, получают увечья и умирают. Да, умереть для нищего, голодного крестьянина, пришедшего на сплав, гораздо лучше, чем обезножить или руки лишиться, ведь никто ему ни копейки не выплатит, никому он не нужен. Много способов есть у компании, что занимается сплавом, нажиться на таких вот "людишках". Все эти способы очень подробно писатель описал. Страшно даже становится, читая всё это... А, ещё сейчас говорят, что при царе-батюшке жилось русскому человеку вольготно и сытно. Таким вот приверженцам "искривления" истории и посоветую эту книгу, как документальное свидетельство тех лет, когда после отмены крепостного права людям не стало жить легче, им стало ещё тяжелее.
Но, пора и повести черту. Прошло уж почти полтора столетия, как написано это было. Жизнь, конечно, изменилась круто, но ведь не во всём. И сейчас также деловые компании обдирают простого человека, платя ему сущие гроши, урезая его права, тем самым зарабатывая себе огромные деньги.
Советую книгу всем, кто интересуется краеведением и историей России.
Я же приведу лишь одну выдержку из книги.
Чусовая — одна из самых капризных горных рек. Самые заурядные явления, повторяющиеся периодически, не поддаются наблюдению и каждый раз создают новые подробности, какие в таком рискованном деле, как сплав барок, имеют решающее значение. Это зависит от тех физических условий, какими обставлено течение Чусовой на всем ее протяжении. Начать с того, что падение Чусовой превосходит все сплавные русские реки: в своей горной части, на расстоянии четырехсот верст до того пункта, где ее пересекает Уральская железная дорога, она падает на восемьдесят сажен, что составит на каждую версту реки двадцать сотых сажени, а в самом гористом месте течения Чусовой это падение достигает двадцати двух сотых сажени на версту. Для сравнения этой величины достаточно указать на падение Камы, Волги и Северной Двины, которое равняется всего двум-трем сотым сажени. Затем, коренная вода на перекатах и переборах в межень стоит четыре вершка, а весной здесь же сплавной вал иногда достигает страшной высоты в семь аршин.
Эпиграфом очерков послужила именно та народная песня, без которой бурлаки не обходятся нигде "Ой, дубинушка, ухнем!" Слушайте в исполнении Фёдора Ивановича Шаляпина: https://vk.com/audio596397345623915471f236a66953f06850
58 понравилось
