Цитаты из книги Pod kopułą

Джуниор, когда ещё учился в школе, иногда прятал траву или таблетки в своих скрученных носках; а однажды даже ажурные трусики Адриетты Недо. Носки — удобная вещь для тайника.

Возможно, не навсегда, возможно, только теперь, но сейчас они действительно тянули один плуг.

Она слегка помахала Расти — не более, чем шевельнула пальцами — и побежала догонять своих. Двигалась легко, грациозно. Расти стало интересно, знает ли Терси ту истину, что девушки, которые умеют бегать легко и грациозно, почти всегда убегают от своих стареющих любовников, рано или поздно. Вероятно, знает. Вероятно, с ним уже такое случалось раньше.

— Юность имеет свои права, дорогая Алиса, — произнёс он. — Но их надо приобретать.

Горькие пилюли надо себе представлять конфетками.

Сэмми Буши никогда так и не постигла простой истины, что можно быть самой себе наилучшей подругой.

Лидер-трус — самый опасный тип людей.

Он — наихудший тип политика — самовлюблённый, слишком эгоцентричный, чтобы осознать, что это отнюдь не его весовая категория, к тому же под тем его надутым имиджем «я-все-могу» прячется настоящий трус. Когда здесь станет совсем плохо, он пошлёт этот город к чёрту, если решит, что таким образом сможет спасти самого себя.

Си-Эн-Эн, помог в этом тоже. У говорящих голов не было что рассказывать, кроме повторения неопределённых слухов, но большинство из них звучали обнадёживающе

— Да уж, — согласился Расти. — Но дальше будет хуже. Я тебе гарантирую. И… если бы у тебя случилась катастрофическая травма головы, ты захотел бы, чтобы тебя оперировал я?
— Ни за что, — ответил Твич. — Я не теряю надежды, что скоро появится Грегори Хаус.

Он принимает зелень и отдаёт сдачу серебристой мелочью: так Америка делает свой бизнес, бэби.

Пусть солдаты повернулись спинами к ним, но Бог же, наверняка, нет.

Джо — очень нехотя — забраковал ещё один шедевр Норри: Свободу печати! ИНФУ В МАССЫ! ПРОЧЬ СЕКРЕТНОСТЬ, Пидарасы!
— В данном случае мы должны быть политкорректными, — объяснил он ей.

Своим успехом он был обязан главным образом тому, что мог угадать большой шанс и немилосердно его эксплуатировал.

В кризисные времена люди, чтобы получить какое-то утешение, предпочитают возвращаться к давно знакомому.

Ему достались остатки с донышка кофейника, и на вкус они были, как солярка… однако же, конечно, именно на донышке и сосредотачиваются главные силы кофеинового воинства.

И, конечно, за столом в уголке — «лясоточильнике» на жаргоне янки — ярые старики пережёвывали события, которые случились, и дискутировали о том, что может случиться в дальнейшем

— Господи, я надеюсь, люди будут вести себя пристойно.
— Будут. Это же, в конце концов, Милл, а не Нью-Йорк.
Барби не был уверен, что есть существенное различие между загнанными в угол полевыми и городскими мышами, но промолчал.

Фактов было маловато, при этом, теории заговора изобиловали пышным цветом.

Я не представляла, что в человеке может быть такая дыра, и я боюсь туда провалиться.