Против зерна: глубинная история древнейших государств

Скотт – автор известный и любопытный, однако это явно не лучшая его книга. Когда в «Благими намерениями государства…» анархистские порывы едва видны, то это любопытно, щекочет нервы и вызывает интерес. А здесь Скотт все говорит прямо, без академической пристойности, и это печально, ведь тем самым он обнажает прием и показывает, что автор предельно идеологизирован и готов подгонять факты под свою рамочную гипотезу.

Первым тревожным звонком стало то, что Скотт обещает нам рассказать свою версию древней истории Месопотамии, отличающуюся от «общепринятого нарратива». Правило подтвердилось – и на этот раз «общий нарратив» существует только в голове самого Скотта, поэтому за его сражением с этим нарративом наблюдать неловко. Так, Скотт всеми силами борется с представлением, согласно которому переход к оседлому образу жизни, к земледелию привел к росту индивидуального благосостояния людей той эпохи. Так как это очевидно не соответствует реальности, то и построения самого Скотта обретают вес. Но дело в том, что мне кажется (тут я совсем не специалист, но слышал звон), что основной посыл совсем иной – переход к земледелию позволил максимизировать популяцию людей, повысить плотность населения (охотники-собиратели жили дольше и лучше, но их было куда меньше). Собственно, проблема любого анархиста в том, что он не видит содержания прогресса, ставя во главу угла не коллективное благо, а личное – звучит банально, но Скотт зачем-то подтвердил это еще раз.

Такое манипулятивное начало настроило меня на скептический лад, поэтому я стал ждать от автора еще подвохов. И они не заставили себя ждать! Раз безгосударственным народам жилось лучше, то с чего вдруг мы плачем по великим империям прошлого? Каждый крах государства, описанный корыстными элитами как трагедия, приносил населению облегчение – исчезал налоговый гнет, все поют и танцуют. Убедительно же, n’est-ce pas? Проблема в том, что облегчение было временным – очень быстро исчезновение сложной надстройки приводило к коллапсу торговли на дальние расстояния и резкому падению уровня жизни. Наиболее хорошо этот процесс исследован по Римской империи – откат был огромен, что бы не мыслили себе романтики концепции «поздней античности».

В умолчаниях и натяжках, сделанных автором, видна ограниченность анархизма как идеологии. За все хорошее против противного государства и звучит глупо, и честно исследовать мешает, очень уж многое надо оставлять за скобками. Тем более интересно то, что автор местами как будто спохватывается, говорит о том, что варвары – это порождение государства, без него не существуют, ведь они просто оппозиция государству как таковому, но потом забывает об этом и пишет о замечательных темных веках, когда никто не прессовал земледельцев с налогами.

Да, иногда надо подвергать сомнению устоявшиеся концепции, потому хотя бы, что часто они умозрительны и не аксиомы вовсе, но Скотт откровенно перегибает палку. Часто мне казалось, что я читаю агитку, а не исследование – очень уж веет SJW, опрокинутым в прошлое на десяток тысяч лет.

P.S. Но концепция, гласящая, что стены нужны государствам не для защиты от врагов, а для сохранения населения, которое без стены сбежит к кочевникам, мне понравилась. Идея, правда, не Скотта, но идея богатая, ибо заметная доля правды в ней есть. От лимеса и Великой китайской стены до засечных черт.

Собственно, основные идеи, раскрывающие содержание этого труда Джеймся Скотта, озвучены в аннотации к книге. Надо добавить, что в русском переводе названия утрачен смысл английской идиомы "against the grain" - "против шерсти, не по вкусу". И действительно, автор с самого начала сообщает, что, вопреки распространенному нарративу о связи оседлости, земледелия и государства, существовал значительный временной лаг между этими процессами, и кроме возникновения аграрных цивилизаций существовали другие альтернативы развития человеческих сообществ (и в течение длительного времени, когда "государство" было окружено "варварской" перефирией и активно с этой периферией взаимодействовало - не только путем захвата рабов, но и путем торговли, и путем ползучей ассимиляции, эти альтернативы реализовывались) и поэтому переход к государственному строительству на базе земледелия на основе зерновых культур и оседлого животноводства был вызван какими-то другими причинами (возможно, климатическими). На самом деле эта книга во многом основана на исследованиях других ученых и представляет собой скорее основные тезисы лекционного курса с обширной библиографией. Автор рассматривает историю первых человеческих сообществ начиная с "приручения" огня и до создания первых городов- государств. В основном речь идет о Месопотамии, но иногда встречаются обращения к Египту, древним протоиндийским цивилизациям, Китаю, Америке. Рассматривая историю с точки зрения антрополога, автор уделяет внимание, например, таким вопросам, как факторы, обеспечившие рост населения в первых сельскохозяйственных цивилизациях несмотря на высокую смертность (ответ - в том числе в биологии, в увеличении периода фертильности и снижении мобильности, что позволило рожать детей ежегодно), выбор зерновых как основной сельскохозяйственной культуры (из-за предсказуемого периода созревания и легкости учета). Один из ключевых вопросов, волнующих автора, - почему перешли к выращиванию зерновых, требующих намного больше трудозатрат и дающих меньше питательных веществ по сравнению с разнообразной диетой, которая была у охотников и собирателей. Автор уделяет много внимания негативным последствиям перехода к оседлому образу жизни и образования государства, а также объясняет основные стратегии государственного строительства (войны были нацелены не на захват территории, а на захват рабов, неэффективность перевозок зерна наземным транспортом обуславливала концентрацию населения в пределах небольшой территории, стены нужны были не столько для того, чтобы защититься от варваров, сколько для того, чтобы удержать собственное население от побегов и т.д.). Очень интересна глава о довольно длительном симбиозе государственных образований и варварской округи, про контактные зоны (сейчас довольно модная тема исторических исследований - исследование пограничных зон). В общем, безусловно стоило прочитать эту книгу, чтобы познакомиться с новым взглядом на становление цивилизаций и древнюю историю человечества.

Автор излагает довольно интересный взгляд на становление и развитие древних цивилизаций. В книге противопоставляется государство, которое представляется в этом труде в левиафановском ключе, и, так называемых, племен варваров. Общепринятой считается идея о том, что по мере развития человек дикий объединяется в определенные структуры, обеспечивающие ему выживание, что становится первым шагом на пути к государственности. То есть, это определенный шаг человечества на пути к развитию, который не имеет обратного пути.

Дж.Скотт, напротив, активно развивает мысль, что население древних городов было более угнетенным и обездоленным за счет множества факторов, в отличие от рассеянных по территориям скотоводов и собирателей, которые и не ограничены в выборе пропитания, и не затрачивают так много трудовых ресурсов для выращивания злаков. Именно поэтому, по мнению автора, кочующие племена просуществовали бок о бок с цивилизациями достаточно долго, вплоть до 16 века, когда государства окрепли и очертили свои границы.

При этом древние государственные формирования часто сталкивались непреодолимыми вызовами, такими как эпидемии по причине большой плотности населения, скученности скота, нападений варваров, истощение плодородных земель и изменений почв из-за вырубки ближайший лесов, которая приводила к заиливанию рек и заболачиванию местности. По этим многочисленным причинам оседлые крестьяне могли возвращаться к "догосударственному" состоянию, то есть массово бежать на территории, неподконтрольные власти, и пополнять ряды кочевников. Таким образом, автор доказывает, что государство является не следующим этапом становления человеческого существования, но лишь одним из возможных выборов.

При этом Дж.Скотт демонстрирует, что взаимосвязь между государствами и варварами была крепкой и периодически взимовыгодной: торговля, и особенно торговля рабами, пополняла ряды подданных правителей и обогащала кочевников, а военные союзы и подданичество обеспечивали защиту и относительную гармонию в отношениях.

Не берусь судить, насколько аргументы автора убедительны, но теории, опровергающие установленные взгляды на прошлое, всегда кажутся мне увлекательными. Единственное, на мой взгляд, исследователь часто повторяется в своих рассуждениях, потому что периодически складывалось впечатление, что я случайно перелистнула главу и читаю ее повторно. Из-за этого мне, как обывателю, иногда бывало скучно и трудно сосредоточиться на тексте.