Всемирная история. В 24 томах. Том 6. Римский период

Его фанатизм сформулирован самим Тертуллианом: «Распят сын божий — не стыдно, ибо это постыдно. И умер сын божий — это вполне достоверно, ибо нелепо. А погребенный, он воскрес — это верно, ибо невозможно.

Широкая благотворительность и надежда на загробное блаженство привлекали бедноту, проповедь смирения и покорности умеряла ее сопротивление. Языческая же религия, которая требовала лишь соблюдения внешних обрядов, оставляла простор для свободы мысли, христианство требовало полного подчинения, безоговорочного признания установленной догмы. Именно такая религия была наиболее подходящей идеологической базой для монархии, которую возглавлял «святейший» император.

Пессимистичным стал к этому времени и эпикуреизм «меня не было, я был, меня снова нет», «пока я жил, я наслаждался, теперь я прах» — так звучали распространенные формулы эпикурейских эпитафий, которые утверждали тщетность бытия.