Каталог катастрофы. Бетонные джунгли

– Что будем делать сегодня, Брейн?
– То же, что и всегда, Пинки: попробуем захватить мир!

Умственная работа может привести к серьезному мозговому истощению: если время от времени не ужираться пивом, или не накуриваться, или не смотреть угарный треш по телевизору, или не орать хрипло песни, можно докатиться до убеждения, что ты на самом деле Ёжик Соник, а старенькая миссис Симпсон, которая живет через дорогу, – Хвостатик.

– Это дико, – качаю головой я, – но логично.

– Вины не признаю, – автоматически говорю я, прежде чем успеваю прикусить язык.

Я оглядываюсь на развороченную коробку, и Джозефина улыбается мне, как напуганная бешеная крыса – ярость, острые зубы и блестящий пистолет тридцать восьмого калибра.

– Бинго, – говорю я, чувствуя на пояснице неприятный липкий пот. – Есть файл. Пока-пока.
– Дома покакаешь.

В спецшколе вам никогда не скажут, насколько тяжелым окажется труп.

Мы не одиноки во Вселенной, истина где-то рядом и так далее и тому подобное.

Самый ужасный звук, который можно услышать в четыре утра во вторник, – это мученический хрип смертельно раненного телефона. Намного хуже, если ты при этом спишь сном, вызванным кувшином «Маргариты» со льдом в подвальчике бара «Собачья свадьба» с добавлением начос и парой-тройкой рюмок текилы на десерт.

Это мой крест – быть компьютерщиком в отделе: когда машины ломаются, я размахиваю мертвой курицей и пишу вудуистские заклятья на клавиатуре, пока они снова не заработают.

идея в том, что шантажировать тебя можно, только если тебе есть что скрывать

Я и не знал, что к водородным бомбам прилагается руководство пользователя с рисунками в разрезе и схемой детонации.

Шеф, у нас есть что-то по немецким террористическим группам, которые используют для одержания жертв акторную теорию Бекенштейна-Скиннера?

Тебе когда-нибудь направляли в голову две штурмовые винтовки? Так близко, что можно заглянуть внутрь дула? И ты лежишь очень неподвижно и очень стараешься не выглядеть опасной.

– Тогда мы в дерьме, – радостно говорю я и глотаю остатки кофе, но чуток порчу эффект тем, что тут же захожусь кашлем.

– И без глубиномера, – сухо добавляет Энглтон и ждет, пока я откашляюсь.

На профессиональном языке это называется «внеплановый прорыв реальности», если коротко – «Твою мать!»

Ночью небо зеленеет – хакер сразу веселеет.

Исусья тяпка на коне с двумя портами под хвостом...

На плодородном поле пробковой доски взошли новые счета. Нужно будет их посмотреть рано или поздно — лучше поздно.

— Спасибо за напоминание, Джимми, — говорит Алан. — Есть ещё у кого-нибудь чудесные откровения о том, почему законы физики нам не друзья?