Ужасные дети. Адская машина. Дневник незнакомца

У меня есть младший брат. Как-то он сказал, что ему нужна жена такая же, как я . Я спросила, что он имеет ввиду - в ответ брат перечислил те качества моего характера, которых нет у него, и которые могли бы ему пригодится в жизни. Странно, не правда ли? Такое ощущение, что мы две половинки одного целого, когда-то по воле рока разлученные судьбой... На самом деле в детстве мы постоянно ссорились друг с другом, терроризировали, задирали и дрались "до первой капли крови". Мы делили одну детскую, один письменный стол, шкаф и внимание родителей - по сути мы делили одно пространство на двоих, поэтому каждому приходилось приспосабливаться к характеру другого, уживаясь вместе. Казалось бы - радуйтесь, друзья, сейчас вы далеко друг от друга, вам нечего нынче делить! Но нет, не все так просто... Он хочет иметь жену, похожую на меня, он обожает мою дочь, а я..... Просто знаю, что он есть, что никогда не бросит на произвол судьбы, продолжаю дарить подарки и ругать за глупости, и да, буду тихонько ревновать к его жене, когда она появится :)

Эта книга не о детях, эта книга о взрослеющих брате и сестре, сиротах, живущих под одной крышей, об их собственном мире, об Игре, в которой оба живут и в которую не пускают посторонних, о детской - комнате-свалке, в которой они вынуждены жить, как в камере, "этой каторге", которую, тем не менее, не в силах оставить ни один, ни другой. Эти "дети" бесконечно ругаются, шипят, обзываются, гоняются друг за другом, проверяют на вшивость, испытывая терпение друг друга. За внешней презрительной оболочкой скрывается нежность, любовь, острая необходимость, которые брат и сестра испытывают друг к другу. Им никто не нужен, кроме зрителей - ведь детская по сути своей Театр, а двое друзей - допущенные к "великому таинству" зрители. Изо дня в день, из года в год их "пьеса" имела успех, потому что сами актеры не осознавали себя таковыми - они жили так, как умели, на грани мифа, не задумываясь, что жизнь - борьба, а не игра.

Роман сюрреалистичен, в какой-то степени мифичен, но пронизан чувствами на грани фола, наэлектризован любовью брата и сестры. Конец неожиданный, но логичный. Роман понравился очень, он небольшой, читается влет, поэтому смело рекомендую!

Когда у меня спрашивают, тяжело ли быть матерью двоих детей, я неизменно отвечаю, что это в ТРИ раза сложнее, чем иметь одного ребенка. Потому что есть одна личность, есть вторая личность, а еще есть отношения между ними. Последнее зачастую бывает самым трудоемким и сложным...

И снова случилась феерическая обманка из-за завлекательной аннотации, прочитав которую, ожидаешь огого какую историю. Но на выходе внезапно образовывается унылый, истеричный ахтунг, то есть полная муть. Причем, начало вроде ничего так, несмотря на то, что сразу видно, мусье кокто ни разу не блещет ни стилем, ни слогом. Но тут, в принципе, можно было бы взять содержанием. Однако и в этой части однозначный провал.

Позабавило читать о первой влюбленности главгера в мачомэнского одноклассника. И уже после выбор девушек, похожих на него внешне. Понятно, на что намек, в общем-то. И вообще персы у кокто не особо смотрят на половую принадлежность и родственные связи, при выборе объектов привязанности. Даже смело, если учесть время, когда это было написано. Впрочем, еще бальзак вовсю писал о гомосексуализме, и его спокойно печатали. У них там, видимо, всегда был свой взгляд на нетрадиционную ориентацию.

А теперь о плохом, которое составляет львиную долю книги. Брат и сестра буквально в самом начале становятся круглыми сиротами. И никто не отправляет их в приют, как минимум. И манна небесная в виде бескорыстной помощи со всех сторон прямо сыплется тоннами на их головы, и они принимают благодеяния с надменной самоуверенностью. Но это ладно. Можно принять, как некие условия сюжета. Мол так оно задумано и все тут.

Чем же они занимаются? Они орут. Вот буквально всю книгу орут друг на друга, и на своих друзей. Ведут себя мерзко, асоциально, попусту валандаются по городу. Разыгрывают какие-то мутные, унылейшие действа в спальне, втягивая в эту чушь одноклассника брата и девицу-сироту с кратковременной подработки сестры.

Потом находится какой-то богач, который женится на сестре, и кокто шустро спроваживает его на небеса. Типа не вписывается своим банальным стилем жизни в оригинальную компанию. И наконец-то у природы денег для друзей появляется худо-бедно логическое обоснование. Впрочем, на образ жизни квартета оно ни разу не влияет. Ор так и продолжается.

Ор продолжается и тогда, когда нити в любовном многоугольнике окончательно запутываются. И когда случается подлая интрига с многодовочкой одного из персов. И когда происходит окончательная трагедь. Честно сказать, я облегченно вздохнула, когда грюкнула развязка этой драмы. И опосля финального вопля наконец-то настала тишина, то есть я закрыла последнюю страницу сего опуса.

Расстроил меня кокто как писатель, расстроил.

Очень круто, очень! Это такая крохотная вещица, еще чуть чуть и не прошла бы в Долгострое, благодаря которому ее прочитала, но в то же время такая бесконечная. Будто бы случайно наступив в лужу, а летишь, как Алиса в кроличьей норе. Конца и края не видно. Или как насекомое, утопающее в меду. Язык такой сладкий, тягучий, плотный, какой то невозможный. На нем готова читать и перечитывать ежедневные новости, информацию на бытовой химии и объявления на стенах. При такой форме совершенно не важен сюжет.

У подростков умирает мать и остаются они одиношеньки в этом мире.

Этим бедным сиротам даже в голову не приходило, что жизнь — это борьба, что существуют они контрабандно, что судьба только терпит их, закрывает на них глаза. Им представлялось вполне естественным, что домашний врач и дядя Жерара содержат их.

Почти. Кроме добродушного тюфяка дядюшки, у них еще детская, в которой, как микробы не выживают на большой высоте, не приживается грязь и порок. Никакой прямолинейности , как в "Цементоном садике", но от редких намеков мурашки табуном. Любовь между сестрой и братом, такая глумливая, ревностная, постоянно прощупывающая и расширяющая границы, не терпящая никого рядом и связь, которую не разрушит смерть. Мир детской комнаты, зыбкий, нереальный. Вечная Игра, дети не смирившиеся со взрослением. Такой богатый букет у этого поизведении, и в то же время множество знакомых черточек, это и малая проза Виана, Дювера, "Шарлотта навсегда» и даже «Вход в пустоту", кусочек Нетландии в отдельно взятой детской, затхлый мирок старинной сказки про принцессу Вербену, а еще тот жутковатый момент, когда после всех приключений Пеппи Длинный Чулок предлагает Томи и Аннике больше не расти.

Когда книга хорошая, ее часто откладываешь, что бы перевести дух. Если подсчитать сколько раз это сделала, учитывая крохотный объем, то это одно из лучшего, что прочитала в этом году.