Я знала, что будет больно. Копья, мечи, ножи, а также раскаленные прутья и тяжелые дубины оставляли кровавые следы на моей плоти. Порой мне казалось, что я уже не чувствую ни ударов, ни боли, ни запаха собственной или чужой крови, которой здесь было море, хотя это было сложно, ведь воздух полностью пропитался металлическим привкусом.

— О чем задумалась?
Кейт продолжала смотреть вдаль, никак не отреагировав на мой вопрос. В ее глазах стояли слезы, и она не моргала, чтобы не расплакаться сильнее. Я уже хотела было сказать что-нибудь подбадривающее, но она пролепетала сквозь всхлип:
— А что, если я больше никогда не полюблю?