Знахарь - 2. Профессор Вильчур

Продолжение романа мне понравилось меньше. Профессор Вильчур после восстановления памяти вернулся в город и в больницу. Но не обошлось без завистливых людей, жена его коллеги Добронравского развела целую кампанию, чтобы опорочить профессора и испортить ему репутацию, дабы ее муженек мог занять руководящую должность и соответственно больше зарабатывать. Он пытался ее вразумить, но честно говоря слабовато пытался, да и помнятся еще его сомнения в первой части, где он из корысти не хотел помогать профессору вернуть память и доброе имя. Собственно она смогла добиться своего, профессор задумался об уходе. А старый знакомый напомнил ему о том, что в деревне все было лучше и душевнее и решил вернуться туда, тем более его помощь там нужнее.

Без драмы не обошлось и молодая врач, которая им восхищается едет туда вместе с ним да еще и строит планы выйти за него замуж. Профессор прекрасно понимает, что он намного старше ее и ей не подходит, но переубедить девушку тяжело. Все изменилось после одного случая, когда профессору пришлось ехать в город на операцию, а в деревне остался их бывший коллега влюбленный в эту женщину.

Для меня многовато драмы на ровном месте и тем более никому ненужной самопожертвенности. Хорошо хоть один оказался мудрее, великодушнее и все разрешилось именно так как и должно было. Медицинских случаев в отличии от первой части было меньше, но одну важную операцию, которую отказались делать все другие врачи он провел.

Эта часть больше про людей, про отношения, про отзывчивость. Очень трогательно было, когда вся деревня вызвалась помочь построить больницу, когда профессор практически отказался от этой идеи.

 Совершенно не согласна с теми, кто говорит, что вторая часть «Знахаря» слабее первой. Может быть, она чуть наивнее, чуть идеалистичнее. Но в то же время и более лирична. Ну, а по части сентиментальности и грусти так тут их даже слишком много.

Недаром говорится, что нельзя дважды ступить в одну и туже воду. А вот профессор Рафал Вильчур попытался. Во всех направлениях. И везде, по большому счёту проиграл. Собственно, еще в финале первой книги было ясно, что Добранецкий, занявший место Вильчура в варшавской клинике, отнюдь не в восторге от его возможного возвращения. Развитие этого невосторга  мы видим уже в самом начале второй части. Это все в рамках естественного. Если ты талантлив и успешен, жди подкопа под себя и удара в спину. Странно другое. Вильчур совершенно не собирается бороться за себя и за клинику, которую создал собственными руками! Он сдаётся практически без боя. Почему? Об этом я уже говорила в рецензии на первую часть. Здесь явно прослеживается тема христианского всепрощения и смирения. «Яко же и мы оставляем должникам нашим». Профессор предпочитает уйти в тень. Точнее, вернуться туда, где остались его душа и сердце - в село Людвиково, что недалеко от города Радолишки.

Да, я возвращаюсь к ним и уже навсегда. Здесь меня убедили в том, что я непригодный, но там, там, я знаю, я буду нужен. Там я докажу себе и другим, что я еще не совсем непригодная рухлядь, что я еще могу работать долгие-долгие годы на благо людей, только не этих жестоких людей жестокого города. Только там я был таким счастливым, именно там. Теперь вы видите, что такое город: он затирает, одурманивает. Среди этих улиц, этого гама, суеты, страстей человек забывает о том, кто он, забывает о своем назначении и желаниях. Я попал в этот водоворот и как безумный крутился в нем, не умея понять, что не здесь мое место, что все меня тянет туда, к тем людям!

Во-второй части Доленга-Мостович произвел рокировку близких к Вильчуру женщин. Марыси, его дочери, во второй части нет. Лишь несколько раз упоминается, что она уехала с мужем за Океан. Немного странно, что дочь могла так легко забыть человека, дважды подарившего ей жизнь. Хотя с Марысей было не все объяснимо еще и в первой книге. Уж слишком быстро для восьмилетней девочки она забыла горячо любимого папу и назвала отцом другого. Так или иначе, но рядом с паном профессором теперь молодой врач Люция Каньська, уверенная, что любит Вильчура и стремящаяся убедить его на себе жениться.

Любви, конечно, все возрасты покорны. Но, уже пережившего жизненную катастрофу профессора терзают смутные сомнения. Чем дальше вчитываешься, тем больше понимаешь, что в эти сомнения не беспочвенны. Девушка, конечно, правильная, искренняя и преданная, но когда костёр пылает уж слишком ярко, он может очень быстро погаснуть. А у самого Рафала Вильчура жизненного огня осталось не так уж и много, чтобы разделить его с молодой женщиной.

Одна из сильнейших сцен книги - операция по удалению злокачественной опухоли мозга у доктора Добранецкого. В этой сцене писатель раскрыл всю силу своего таланта в мастерстве описания острых психологических ситуаций. Читатель буквально проживает с героями каждую минуту сложнейшей операции, когда жизнь пациента зависит от едва уловимого движения руки хирурга. Оказывается, и 80 лет назад, при отсутствии МРТ и компьютерной томографии, без предварительного курса химеотерапии проведение таких операций было возможно. Хотя, наверное, автор слегка подсластил пилюлю. Как и в случае с трепанацией черепа в деревенской избе.

Читать/не читать. Думаю, вторая часть дилогии не разочарует тех, кто решил узнать о дальнейшей судьбе профессора Вильчура. Рекомендую.

За вторую часть принялась сразу же и ни сколько не пожалела. Повествование шло все в том же темпе и шкала драматизма не спадала. Вот что мне сразу понравилось, автор не пытался давить на жалость, а все происходящее вполне реально. Профессор вернулся, получил опять все лавры, но не всем это нравится. Места давно пригреты и делить их ох как не хочется. Профессор не гордый, подвинулся и понял, что с простыми людьми ему проще. И здесь его человечность и доброе сердце показали какой он человек. Хоть в беспамятстве, хоть с памятью он не гнался за славой и богатством, а наоборот, все свои сбережения вложил в строительство маленькой деревенской больницы. Любовная линия очень трогательная. Я следила за ней и у меня разрывалось сердце. Каждый был по своему прав и каждый ошибался. Финал любви меня огорчил, но он все же логичен и правилен. Я рада, что прочитала это произведение, которое давно крутилось на глазах.