Покоївка

Как многие другие, большую часть того, что я знала о Миссуле, я почерпнула у Нормана Маклина в книге Там, где течет река. Люди, съезжавшиеся в Миссулу на рыбалку, всегда ссылались на этот роман или на фильм, снятый по нему. Но еще более убедительным аргументом для меня были описания Монтаны у Джона Стейнбека, в Путешествиях с Чарли, убедившие некогда покинуть Аляску и начать движение в сторону Края Широких Небес. Я выбрала Миссулу не из-за Маклина, а из-за Дэвида Джеймса Дункана, автора Реки Почему, который, на встрече с читателями в Сиэтле, сказал, что живет там и иногда читает лекции в местном университете. Вот почему я мечтала когда-нибудь летом проснуться пораньше, сесть за руль и двинуть прямо на восток. Постоянно думала об этом. Вот уже полдесятилетия.

Зарплаты в Миссуле низкие, а жилье стоит недешево. Это я знала из бесед с людьми, которые некогда там жили, но больше не могли себе этого позволить. Найти работу нелегко, с учетом того, что это маленький университетский городок с семьюдесятью тысячами населения. Родители студентов снимали своим детям квартиры, отчего цены на аренду в городке постоянно росли: каморка с одной спальней в цокольном этаже стоила как минимум восемьсот долларов. Когда я размышляла о том, стоит ли туда переезжать, все эти факты тут же проносились у меня в голове. Но люди, жившие в Миссуле, очень любили свой город. Те, кто туда перебирался, признавали, что отказались от неплохой зарплаты, но оно того стоило – ради Миссулы.

Я хотела понять, почему Стейнбек с такой любовью писал о тех местах. Почему Маклин утверждал, что по мере удаления от Миссулы в штате Монтана число подонков начинает быстро расти. Люди рассказывали об этом месте, словно о мороженом с удивительным вкусом, которое попробовали когда-то в отпуске и с тех пор нигде больше не могли найти, и уже не понимали, было оно на самом деле или нет.

Он никогда не оставлял для меня записок или открыток. Я не рассчитывала и не ждала от него сюрпризов в виде чаевых или бонуса перед отпуском. Хоть это и может прозвучать странно, он сделал мне совсем другой подарок. Грустный дом научил меня ценить то крошечное пространство, которое мы делили с Мией, комнату, в которой мы жили. Считать ее своим домом и наполнять любовью. Хоть у нас и не было дорогих машин и виллы с видом на океан, друг у друга были мы. Я наслаждалась ее компанией, а не сидела одна в доме, полном воспоминаний. Горечь от моего одиночества и тоска по любви никуда не девались, но я была не одна. Мия спасала меня от них.

Он был одинок и медленно умирал в доме, который превратился в хижину отшельника после смерти жены. Он все делал правильно: работал на хорошей работе, женился на женщине, которую любил, много путешествовал – но теперь все равно доживал свой век в одиночестве.

Когда я впервые вернулась к себе после уборки в Грустном доме, то не могла перестать думать о том клиенте. Работа в целом была унылая, исключительно ради денег, но тут внезапно она начала оказывать неожиданное влияние на мою жизнь: слабости других людей, свидетелем которых я становилась, делали легче мое бремя. Хотя я никогда не виделась и не разговаривала со своими клиентами, хотя большинство из них вообще не знали о моем существовании, они начали мне казаться членами семьи или друзьями, о которых я волновалась, переживала, заботилась – пускай и на расстоянии. Я представляла себе, чем они занимаются по вечерам. Где сидят. Что едят, что смотрят по телевизору. Как проводят свои дни. Моя жизнь была лишена событий, но благодаря им у меня было на что надеяться, за кого тревожиться и кому желать всего самого наилучшего.