Камерная лирика

Уж 20 месяцев в тюрьме

Уж двадцать месяцев в тюрьме, И жду суда я, словно милость: Изменят скоро силы мне - Страданьем сердце истомилось. Лишь как-нибудь бы дотянуть, С лицом спокойным появиться, На судей холодно взглянуть И снова в келье схорониться! Не смерти жду я от суда: Я знаю - жизнь мне он оставит... Но мертвенный покой тогда В душе взволнованной настанет. Вошла с расшатанной душой Я в эти сумрачные стены, И прогремел в них, вслед за мной, Гул торжествующей измены... Сюда с собой я принесла Тяжелых дней воспоминанья, Но здесь всю горечь испила Безмолвной муки и страданья. Здесь, за тюремною стеной, Могу теперь я оглянуться - Над разоренною душой В тоске, глубоко содрогнуться... Одна я здесь, наедине Не надо лгать и притворяться; В глаза никто не смотрит мне, И скорби я могу отдаться. Кругом души живой здесь нет: Не растопчу ничьи я грезы! Не грянут здесь от стен в ответ Ни крик отчаянья, ни слезы! Гнет вывесок и кличек спал, Освободился ум стесненный, И человек во мне восстал Подавленный и угнетенный... И все, что в глубине души, На самом дне ее таилось, Среди таинственной тиши Грозою страстной разразилось. Так, переполнясь до краев, Река из русла выступает И, разломав покров из льдов, Луга и нивы затопляет.

16 марта 1888 Вера Фигнер